Интервью

19 Декабря 2020
Климкин: Нет же никакой "команды Зеленского". Где вы видели эту команду?
Павел Климкин об обвинениях Навального в адрес ФСБ и Путина, о будущем Донбасса и внешнеполитических итогах Украины в 2020 году

Господин Климкин, давайте начнем разговор с Алексея Навального, точнее с его заявления-расследования о том, что ФСБ и лично Владимир Путин причастны к его отравлению. Об этом говорили СМИ всего мира, комментируя ситуацию, складывающуюся с обнародованными Навальным доказательствами. Для Украины интересно, ускорит ли это уход Путина из власти и как мир будет реагировать на эти факты. Ведь Навальный на весь мир заявил, что Путин - убийца. Что этот месседж Навального говорит нам и миру?

Навальный - это, конечно, одна история, но то, что мы увидели за последние ди - это ведь гораздо больше. Наверное, все смотрели уже легендарное вирусное видео, когда журналисты пытались поговорить с одним из указанных в этом расследовании персонажей. Кстати, мегаклассная журналистика. Поэтому это уже эмоциональная история, которая идет дальше, чем просто заявления Навального. Ну и политически, если будет доказано, а там еще есть интересные моменты, которые надо сложить, то Россия реально будет признана преступником. И видите, как сейчас складывается этот пазл: есть недавние решения Международного уголовного суда, который занимается не только преступлениями по Донбассу, но и преступлениями по Крыму, то есть всеми преступлениями, совершенными во время российской агрессии. Поэтому я считаю, что последствия происходящего в последние дни, для России и российского режима будут не просто очень значимыми, поскольку это скорее дипломатическая мантра, а сокрушительными. Сокрушительными и в плане эмоций, и в плане того, что цивилизованный мир реально укрепляется в понимании, что Россия - это фундаментальная угроза. Причем не только для окружающего мира, но и для своих граждан.

Условно говоря, режим Путина - это режим террористов. Потому что они терроризируют людей не только снаружи, в разных странах мира, в том числе в Украине, но и внутри своей страны. Может ли эта история с Навальным стать началом конца президента Путина?

Я считаю, что сама эта история может реально ускорить перезагрузку власти в России и именно она станет началом конца. Помните, откуда взялась эта фраза? Это Черчилль. То есть, он тоже откуда-то скопировал, но тем не менее. Я думаю, это реально новый этап. И это новый этап эмоционального и политического давления на Россию и на ее власть. И на фоне перезагрузки власти в Соединенных Штатах, на фоне того, что примерно за месяц будет администрация Байдена, все эти пазлы здесь сходятся.

IFrame

В начале двухтысячных в Украине была акция "Украина без Кучмы". Тогда все оппозиционеры и активисты пытались представить какой же будет Украина в случае ухода Леонида Кучмы от власти. Могли бы вы поделиться соображениями о том, какой может быть Россия без Путина?

Владимир Путин - это фигура, личность, которая определяла развитие России в последние 20 лет. Но кроме этой личности есть еще и "коллективный Путин". Я бы даже сказал, что есть два коллективных Путина. Один - это российская элита, которая сплотилась вокруг Путина и получила от этого большие, в том числе и экономические, дивиденды. Сейчас эта элита будет смотреть на кого теперь ориентироваться, то есть начнется, а на самом деле уже начался и может ускориться процесс перезагрузки этого коллективного Путина, которого мы условно называем российской элитой. Но есть еще один коллективный Путин. Это националистически настроенная российкая реальность. И это не 5, 10 или 15 процентов, это очень существенная часть российского общества. Хотя, если посмотреть на последние опросы, среди молодежи очень быстро растет разочарование - и Путиным, и властью. Цифры за год - чуть ли не вдвое, и этот процесс реально набирает обороты. Посмотрите хоть на эти события в Хабаровске. Кто-то писал в России, что это будет происходить неделю-две, а они продолжаются уже месяцами. И во многих регионах России эти настроения еще не в кипящем состоянии, но приближаются к нему.
О том, чтобы креативно поспекулировать о будущем России... Из-за этих "коллективных Путиных" надеяться на то, что будущее России однозначно будет проукраинским, что она будет любить нашу свободу, наш путь в Европейский Союз, в НАТО, в цивилизованный мир, никто из разумных людей не будет. Будущее России будет очень сложным. Она будет оставаться очень сложным соседом для Украины. В российском политическом классе укоренилась идея, что Украина либо должна быть частью России, либо Украины не должно быть. Может через поколение это будет перезагружено, но пока нам надо настраиваться на то, что рядом с нами - враг, феноменально сложный сосед. Можем ли мы способствовать позитивной перезагрузке в России - это отдельный вопрос для дискуссии. Но недооценивать врага, недооценивать Путина - очень опасно. Следует настроиться на то, что эта Россия не будет дружественной к Украине, по меньшей мере в ближайшей перспективе. Что будет дальше - будем над этим работать.

Перспектива - это одно, два поколения, 50 лет, 100, 200 лет?

Известный экономист Кейнс сказал, что в долгой перспективе мы все будем мертвы. Об этом мы не говорим, мы должны думать и беспокоиться об Украине сейчас. Но мы должны иметь стратегию, видение и свободу ее реализовать. Я сейчас утверждаю, что в ближайшие годы ожидать фундаментального улучшения отношений с Россией невозможно. С этой Россией, где этот режим, независимо от того, это Путин является личностью, которая реально управляет этим режимом, или кто-то другой. Это я еще раз предупреждаю тех, кто говорит: а вот сейчас Путин уйдет и все магически, прекрасно, фантастически изменится в один момент, и мы получим новую, абсолютно дружественную Россию, которая будет нас любить и уважать. Такого в ближайшей перспективе не будет. Настраивайтесь на то, что нам нужно победить, не заморозить какую-то реальность, а именно победить. А реально побеждают только те, кто реально верит в победу. Те, кто работают на какую-то стагнацию, имитацию, заморозку, всегда проигрывают.

Очевидно, победы должны начаться с Гааги. Несколько дней назад стало известно, что Международный уголовный суд собирается рассматривать дело об агрессии России в отношении Украины. Как долго, по вашему мнению, могут длиться такие судебные заседания и на что в итоге может рассчитывать Украина?

Смотрите, Международному уголовному суду (МУС) понадобилось около пяти лет для того, чтобы детально юридически изучить ситуацию и признать свою юрисдикцию. То есть, если говорить человеческим языком, признать, что мандат суда распространяется на российские преступления, военные и против человечности, в отношении оккупации Крыма и части Донбасса. Это уже очень важное решение. Но имейте в виду, что реально то, что будет происходить в рамках МКС не будет простой историей. Конечно, будут российские попытки манипулировать судом, обвинить в чем-то Украину, наших героев и защитников. Поэтому это с одной стороны очень позитивная новость, а с другой - надо понимать, что это процесс очень сложный и к нему нужно подготовиться с точки зрения политической, с точки зрения сбора информации, с точки зрения команды, которая будет помогать. Это комплексный процесс. Ну и никто не ожидает что какие-то решения будут завтра или послезавтра, через полгода или через год. Это будет долгая история. Но справедливость это такая вещь, за которую надо бороться. Как только прекращаем эту борьбу - мы уже не люди, у которых есть базовые человеческие ценности, это следует понимать. Но очень хочется увидеть в Гааге тех, кто эти преступления совершал. Увидим мы их через три года, через пять или через десять - это очень важно, но справедливость в конце концов должна настать, причем для каждого. И еще один очень важный, политический аспект этого решения суда: раз МУС занимается преступлениями России, значит Россия эти преступления совершила и отделаться от этого им не удастся, ни политически, ни эмоционально.

Вы упомянули о команде, которая должна вести этот процесс, выступать от имени Украины, и о том, как Украина должна представлять свои интересы в Международном уголовном суде. Несколько дней назад Владимир Зеленский и Андрей Ермак говорили о том, каким успешным был Нормандский саммит, который состоялся год назад, 9 декабря 2019 года, в Париже. Это были в основном победные реляции и одного, и другого. Впрочем, мы знаем, что в течение года, несмотря на все договоренности, встречи в нормандском формате не произошло. На то были свои причины, в частности начало пандемии коронавируса, ведь новый саммит должен был состояться в апреле 2020 года, однако даже виртуальной встречи Нормандской четверки не было. В то же время были попытки украинской стороны каким-то образом активизировать переговоры с Москвой. Почему, по вашему мнению, Россия не спешит вести диалог с Владимиром Зеленским?

Россия хотела использовать смену власти (в Украине - ред.), чтобы продвинуть свой сценарий. А ее сценарий - это прямой или косвенный контроль над Донбассом, а через это контроль над Донбассом - контроль над Украиной и дальнейшая дестабилизация. Это то, что условно и очень кратко можно охарактеризовать как "наши условия за ваши деньги". Стратегия России здесь никоим образом не изменилась и менять ее они не собираются. Относительно оценок и уроков этого саммита, то у нас все занимаются какой-то пропагандой. Я считаю, что дело возвращения наших территорий - это дело нашего единства. Реальная ситуация заключается в том, что ради проведения Нормандского саммита в Париже мы сделали несколько тактических уступок. Одной из них было согласование формулы Штайнмайера. Формула Штайнмайера вне дорожной карты не имеет никакого смысла. И я, кстати, напомню, что эта идея Штайнмайера начала обсуждаться - сначала в Париже, а затем в Берлине - только как часть дорожной карты. Она вообще не имеет смысла вне контекста дорожной карты и соглашаться на нее - это давать России козырь, чтобы потом она обвиняла нас в невыполнении решений саммита.
Мы стараемся идти дальше, делаем какие-то полезные вещи, которые частично работают, а в основном не работают. Но Путина интересует только его сценарий или никакой. Вспомните идею о Консультативном совете, который продвигала Москва. Он был нужен только для того, чтобы сказать: да в Украине внутренний конфликт, они уже разговаривают между собой, это гражданская война, а мы тут ни при чем; нет никакой Трехсторонней контактной группы, а есть только контактная, где есть Украина и оккупационные администрации, которые мы оккупационными не считаем. Это на самом деле российская логика. Когда она не прошла в результате сопротивления всех патриотов, дальше ничего не происходит. Плюс Путин еще полгода назад переключился на подготовку к торговле с возможной будущей администрацией Байдена, а теперь уже с реальной администрацией Байдена, причем по многим вопросам. И Донбасс уже абсолютно не нужен. Путин готовится торговаться по многим вопросам, в частности по Украине как таковой. Поскольку само существование европейской демократической Украины является реальным ударом для российской мифологии о каком-то отдельном пути, отдельных ценностях и всем этом византийском маразме, который там существует.
Поэтому сегодня Путину совсем не выгодно делать любые дальнейшие шаги. Да, у нас есть хрупкое прекращение огня. Хорошо, что оно хоть частично работает. Но оно сейчас тактически выгодно Путину. Все прекрасно это понимают. Потому что он будет говорить: ну вот безопасность как-то держится, а теперь давайте начинать имплементацию политических шагов по моему сценарию. И сейчас об этом говорит и с Меркель и с кем угодно. Такая логика. Это стагнация Нормандского процесса. Все стоит на паузе до того времени как новая американская администрация определится стратегически и с точки зрения личностей, отвечающих за это направление.
И то, с чего мы начали - Навальный и эта эмоциональная история - говорит о том, что это будет очень последовательная история, поскольку российская история все больше рассматривается как террористическая и преступная как внешне, так и внутренне. Соответственно, такое к ней должно быть и отношение.

Вы уже сказали о непонятном диалоге России с нынешней украинской властью. Нет ли у вас ощущения, что нынешняя российская власть и Путин в частности уже мечтают о новом президенте Украины, который может быть выращен в российских СМИ, пророссийских партиях вроде ОПЗЖ и рассчитывают, что таким президентом может стать Юрий Бойко или Виктор Медведчук? По крайней мере, по той риторике, которую мы наблюдаем, Медведчук делает все, чтобы показать, что он - единственный нормальный коммуникатор со своим кумом Владимиром Путиным. Он договаривается о российской вакцине, подталкивает украинскую власть к закупке этой вакцины... Значит ли это, что Путин пытается уже ничего не делать при президенте Зеленском и рассчитывает, что каденция Зеленского будет сокращенной, а новая власть будет сговорчивее в вопросах Донбасса и Крыма?

Я не думаю, что Путин рассчитывает только на представителей ОПЗЖ. Это точно не путинская, не российская логика. Они будут пытаться построить более масштабные, более, если можно так сказать, гибридные методы воздействия. Я думаю, что это будет комплексная история со стороны России. Считаются ли они с сегодняшней властью? В последнее время западные эксперты в ходе онлайн-конференций начали спрашивать, мы вообще верим, что нынешняя власть может что-то реализовать - в контексте Донбасса и вообще какой-либо последовательный план. Это стало звучать буквально в последние два-два с половиной месяца. Всем полностью понятно отсутствие видения, стратегии. Но на самом деле главное и, к сожалению, это хорошо понимают и наши друзья, и наш враг, что любой план, даже если он классный и может быть реализован, его же нужно еще подать украинцам, согласовать с украинцами. Ведь освобождение Донбасса - это дело всей Украины, всей нации. И сделать это можно только при условии политического единства, в честном и открытом диалоге с обществом. Ни того, ни другого сейчас нет. Поэтому и у Путина попытаются сыграть на необходимости договоренности. Если ему удастся согласовать хоть какую-то общую логику с новой американской администрацией, возникают шансы, что такой план может быть реализован. Конечно этот процесс по Донбассу и Крыму от начала должен идти с нашим участием, чтобы это не делали за нашей спиной, через нашу голову. Но это будет крайне эмоциональная, очень чувствительная и болезненная история для всех нас. Для тех, кто будет это реализовывать, это будут политически самоубийственные шаги, поскольку вряд ли можно рассчитывать на какие-то нормальные рейтинги после того как ты спасаешь страну и освободишь какие-то оккупированные территории, но сделаешь это на основе плана хоть и согласованного с нашими партнерами и друзьями, но все равно предполагающего какие-то компромиссные шаги. И, по моему мнению, Путин рассчитывает, что эти политические шаги, если у нас не будет политического единства и диалога с обществом, разорвут Украину, разорвут наше общество и наше политическое поле, приведут к тотальной дестабилизации и к реальному ущербу для украинской государственности. Я считаю, что план Путина самом деле такой. Не думаю, что Путин искренне рассчитывает на увеличение российского влияния. Это невозможно в сегодняшних условиях. А вот на то, что любой путь вперед реально разнесет здесь все в плане дестабилизации, там точно рассчитывают.

Вот по различным планам. На протяжении последних пяти месяцев, с тех пор как в ТКГ пришел Леонид Кравчук, мы слышали много разных заявлений - и Фокина, который уже ушел из ТКГ, и самого Кравчука - о том, каким должно быть будущее Донбасса. Месяц назад Кравчук заявил, что Украина предлагает 31 марта следующего года провести в ОРДЛО местные выборы. Россия не очень лестно отозвалась на эту идею, потому что ей пришлось бы вывести войска из оккупированного Донбасса. Вы были свидетелем многих переговоров с Россией по Донбассу. Чего на самом деле хочет Путин? Не выборов же  демократических? Понятно, что он хочет легитимизировать власть, которая сейчас есть в ОРДЛО, и надеется, что люди, которые долгое время жили в оккупации, проголосуют не за тех, кто могли бы прийти к власти в результате честных демократических выборов.

Вы сами ответили на свой вопрос. Он действительно хочет где-то под столом согласовать кандидатуры и договориться, что они пройдут. Чтобы там не было вообще никаких свободных честных выборов, а была какая-то ширма. Чтобы люди, которые уже работают с Кремлем, которые реально сидят на криминале, на которых есть компромат, реально начали работать как совершенно законные представители на местном уровне. Эту манипуляцию хочет Кремль, его стратегическая цель не изменилась.
Что касается того, что говорит господин Кравчук. Это информационный шум. Он должен что-то говорить. Мне его даже жаль в каком-то смысле, но он сам на это согласился. Он озвучивает различные идеи - то о воде в Крым в рамках гуманитарной катастрофы, то 5 пунктов, то его несет в другую сторону и он требует санкций. Это все не выглядит как последовательная стратегия. Он выступает какой-то медийной озвучкой различных идей. Все, что происходит сейчас, до перезагрузки американской администрации, это информационный шум, как бы к нему не относиться. И выборы 31 марта - это на самом деле дурная шутка. Никаких выборов 31 марта, даже с точки зрения формальной подготовки и достижения минимальных условий безопасности, быть не может. И это понятно любому вменяемому человеку.

Представители демократических сил в Украине очень часто повторяют, что власть Зеленского может быть капитулянтской или что команда Зеленского может сдать национальные интересы. Допускаете ли вы такую возможность?

Не может. Поскольку никто не позволит. Мы не позволим. Помните историю с Консультативным советом? Я не имею в виду только лично себя. Я считаю, что в этой стране есть достаточно людей, которым небезразлична Украина. И никто не позволит сдать Украину. Это невозможно по определению. Какие-то попытки - это одно дело, но сдать Украину - невозможно. И мы этого не дадим.

Вопросы от наших зрителей. Андрей Ворона спрашивает: "Как на ваш взгляд будут развиваться отношения между ЕС и Байденом и как это повлияет на Украину?"

Очень классный вопрос, поскольку он очень важен для нас. Я считаю, что с администрацией Байдена Евросоюз намного лучше найдет общий язык, поскольку многих лидеров (я это знаю из личного общения) Трамп очень раздражал. Своим понятийным деловым подходом, отношением к трансатлантической солидарности, которая для него была скорее символическим понятием, а не чем-то наполненным практическим содержанием. Я знаю, что уже начались неофициальные консультации между теми, кто будет играть роль в будущей администрации, и странами ЕС. Я считаю, что для нас это уникальный шанс. Это новое видение солидарности между США и ЕС. Это возможность использования, в хорошем смысле, наших друзей в новой администрации, начиная с Байдена, который очень хорошо знает Украину, имеет эмоцию по отношению к Украине. Моей амбицией было бы за время этой каденции пройти от партнерства к союзническим отношениям с Соединенными Штатами, как бы сложно и амбициозно это не выглядело. Если мы реально начнем этот процесс, а это требует фундаментальных трансформаций в Украине, совершенно другого уровня доверия, потому что союзники - это как мушкетеры: "Один за всех и все за одного". Я считаю, что при администрации Байдена эта трансатлантическая солидарность может вернуться к своему настоящему содержанию.

Вопрос от Марины Сорокиной: "Как выглядит наш президент в глазах европейских лидеров и политиков? Какие достижения во внешней политике государства есть сегодня?"

Я в последние месяцы со многими общался, но наши партнеры действительно не знают, что с нами вообще дальше делать. Поясню. Они говорят: "Ну вот Киев... Какое дальнейшее видение изменений в Украине? Какой план? Какая стратегия? А есть ли политическая воля это очертить? А какую Украину вы хотите построить? Вот мы на самом деле не понимаем этого от вас". У нас действительно идет как американские горки, но во всех направлениях - то одно, то другое, то третье, то пятнадцатое. А серьезные изменения делают только люди, которые знают куда они идут и готовы идти несмотря на все потери и препятствия. Поэтому там есть определенная пауза, некоторая неопределенность. Многие наши европейские друзья просто ждут. Они ждут новой американской администрации, чтобы снова поговорить о том, каким образом построить стратегическую линию в отношении Украины. Конечно, мы важны для них. Важны с точки зрения безопасности, важны как партнеры. Нам дают половину макрофинансового займа, но дают с забавным троллингом, когда этот заем дается в международный день борьбы с коррупцией. Такие вещи сильно влияют на наш имидж. Но я надеюсь, что американское взаимодействие с нашими европейскими партнерами создаст совершенно иную ситуацию относительно взаимодействия с нашими друзьями и партнерами.

Мы много с вами говорим о команде Зеленского и о том, как она реагирует: вовремя или не вовремя, правильно или неправильно. А вот Дмитрий Левчук пишет на странице в facebook: "Готовы ли вы присоединиться к команде Зеленского ради спасения Украины?"

Вопрос смешной и очень классный. Так, нет же никакой "команды Зеленского". Где вы видели эту команду? То, что я вижу - это тотальный управленческий коллапс. Это разные люди вокруг. Это какие-то решения, которые порой принимаются "с потолка": как они обоснованы? Меня иногда спрашивают: а что бы вы посоветовали Зеленскому. Я не уверен, что он нуждается в моих советах, но одним из таких советов было бы построить реальную команду людей, которым была бы небезразлична Украина, намерения, ценности и убеждения которых были бы понятны. Но если он за полтора года такую команду не построил, значит у него другое видение. Поэтому никакой команды нет, присоединяться не к чему.
Возвращаться в политику следует только с командой, которая хочет что-то реально сделать, реально менять эту политику, чтобы мы могли чувствовать себя в обществе, где есть устойчивая демократия и устойчивое верховенство права. И "устойчивое" здесь ключевое слово, фундаментальное. Помните критерии вступления в НАТО, в Евросоюз? Они очень просты: стабильная устойчивая демократия и стабильное устойчивое верховенство права. У нас нет ни того, ни другого.

Андрей Фертенко спрашивает: "Сколько еще в Украине будет царить руина? Как нам отпустить прошлое и в конце начать развиваться?"

Мы не можем жить в постсоветской ментальности. Мы меняемся, но меняемся так медленно, что мир давно ушел вперед. Вот мы, украинцы, гораздо лучше украинского государства. Мы умные, адаптивные, достигаем успеха во многих вещах, но государство - там, где есть, институты фактически отсутствуют. Я считаю, что украинцы не могут поступиться ни свободой, ни благосостоянием. Они не могут жить на периферии, достойны гораздо большего. Но для этого люди должны сказать: мы ничего не ожидаем от государства, а хотим построить партнерство между людьми, которые хотят идти вперед, избавиться от этой идиотской постсоветской ментальности. Ну и эти бесконечные доморощенные политические игры. У нас же нет политики. Есть олигархические кланы. В конце концов у людей должно появиться чувство, что их голос что-то значит. Другого пути нет.

Наш разговор происходит в канун 2021 года, скажите, пожалуйста, что вы считаете самым большим поражением и самой большой победой внешней политики Украины в уходящем году?

Ну, год еще не закончился. Скажу очень просто. Самое крупное поражение - потеря того уважения, которое было к нам все эти годы, которое было завоевано украинцами. Людьми, которые были на фронте, волонтерами, теми, кто двигал страну во время войны. Нас за это начали уважать. Это уважение очень постепенно формировалось и я очень боюсь, что оно сейчас уйдет в никуда.
По победе... Есть достижения, никто не отрицает. Я бы не назвал одну какую-то мегапобеду, но можно говорить, что есть какие-то треки по Донбассу. Например, то же самое, хоть и очень хрупкое, прекращение огня. В плане НАТО я считаю, что это получение программы расширенных возможностей. Теперь главное, чтобы мы начали там активно это использовать. То есть, есть вещи, о которых можно говорить положительно.

Вопрос от Оксаны Мовчко с facebook: "Какие ваши ожидания на ближайший год? Удастся ли нам победить коронавирус, закончить войну и удержать темпы экономического роста?"

Ну, думаю, что с коронавирусом мы в следующем году справимся. Это будет непростая история, но к базовому иммунитета мы придем - частично из-за заболеваемости, частично из-за вакцинации.
Что касается войны - мой прогноз таков, что мы должны стремиться от гибридной войны к гибридному миру. Мы должны разговаривать с нашими людьми на оккупированных территориях, показать, что их будущее - здесь. И когда призывают надеяться на наших друзей и партнеров, то возникает вопрос: а что делаем мы для того, чтобы наши люди там реально считали, что у нас общее будущее?
Что касается всех остальных вопросов... Экономика будет очень сложной. Но для нас это шанс. Мы не можем жить в этой постсоветской реальности. Вокруг нас возникает новая экономика. Реальность будет меняться очень быстро. По моему мнению лет через 15 вы этот мир почти не узнаете. У Украины единственный шанс - выбраться из этой периферии и идти вместе со всем миром вперед. Другого варианта нет.

Поскольку мы говорим о годе уходящем, хочу вспомнить еще две истории. Это встреча Зеленского с представителями MI6 в Лондоне, на которой ему говорили о том, что происходит в его окружении, где есть люди, имеющие отношение к РФ, и так называемое дело "вагнеровцев". Что вы как бывший глава МИД Украины думаете об этих историях? Как они влияют на восприятие нынешней украинской власти и Украины в целом за рубежом, как влияют на мнение о нынешней украинской власти?

Ну, я официально не знаю, что именно было на встрече с MI6. Поэтому я не хочу просто абстрактно спекулировать. Этот вопрос команды, о котором мы уже говорили. Команды нету, ее надо строить. Хотя это на самом деле уникальный прецедент, когда глава государства встречается с представителем иностранной спецслужбы. Британцы пошли на это не от хорошей жизни.
Что касается "вагнеровцев". Я считаю, что есть достаточно материала, чтобы смотреть на этот вопрос системно. С точки зрения общественного интереса, интересов государственности и национальной безопасности, на эту историю следует очень внимательно посмотреть. И это должно быть в интересах тех, кто ее отрицает, поскольку это вопрос доверия. Если в Офисе президента считают, что все окей - хорошо, давайте проведем исследование этой истории и всем от этого станет лучше. В цивилизованной политике оставлять такие истории "за кадром" - это разрушать доверие ко всей стране.

Вы уже упомянули о Джозефе Байдене. 20 января 2021 года к присяге должен быть приведен 46-й президент США. Все ждут его прихода к власти, в том числе и в Украине, хотя мы с вами уже говорили о непростых отношениях Байдена с Украиной, в частности об уголовных производствах, которые уже закрыты. По вашему мнению новая администрация быстро переступит через эти, я бы сказал межличностные, недоразумения?

Личные отношения в политике критически важны. Это о доверии друг к другу, я об этом уже не раз говорил. В сегодняшней реальности очень важно будет построить эти отношения доверия. Это необходимо для того, чтобы начать нормальный диалог, который нам критически нужен. Не знаю, как там готовятся к разговорам с администрацией Байдена, но я бы разговаривал максимально честно и открыто. Это должен быть абсолютно откровенный разговор, поскольку в администрации Байдена люди хорошо знают Украину и понимают что происходит в Украине. И, извините за терминологию, развести там никого не удастся.

Еще один вопрос напоследок. От нашего зрителя Айдера Аджимбабетова: "Почему, по вашему мнению, в последнее время замалчивается тема оккупированного Крыма?"

Ну, она совсем не замалчивается. Тема Крыму не уходит. Да, она, может, развивается не так активно по сравнению с Донбассом, но она никуда не исчезает. Сколько бы оккупанты не переселяли туда своих людей, сколько бы не арестовывали активистов, они не сделают Крым реальной частью России. Это невозможно. Крым не уходит с повестки дня. Что мне не нравится. Вот мы говорили о действиях власти. По всем опросам головокружение россиян после оккупации Крыма реально проходит, за последний год в полтора раза. Вот именно сейчас нам бы начать системную агрессивную кампанию в российских соцсетях, которая связывала бы то, что происходит в России, в том числе сложные экономические процессы, с оккупацией Крыма. Почему такая кампания не ведется - большой вопрос к власти. А из международного контекста Крым не выпадает. 

Новые досье

Ярош: Россия накаляет обстановку. Украине нужно готовиться к войне с Россией

Чернинькая Юлия. ДОСЬЕ

Погосян Гамлет. ДОСЬЕ

Хто зробив із Зеленського наркомана

10 запитань і відповідей про книгу “Зеленський без гриму”

Зеленський: Я хотів би побудувати Голлівуд і Діснейленд в Україні

Климкин: Нет же никакой "команды Зеленского". Где вы видели эту команду?

Рыбачук: Выбросить Зеленского - не проблема

Хто такий Андрій Єрмак?

Карпин Юрий Владимирович. ДОСЬЕ

Реклама

Партнеры