Персони

09 Лютого 2008
Демократія - надто добра річ, щоб нею ділитися?
Нещодавно в кабінеті опозиційного депутата зустрілася з людиною, який став легендою в хитрій справі президентського менеджменту. Слово за слово - розговорилися. Обговорюючи кульбіти нинішнього глави президентського секретаріату, співрозмовник зауважив: «Я одного не розумію - чому Балога абсолютно не боїться Ющенко?». Повністю виправдане питання тут же отримало кілька, з моєї точки зору, непереконливих варіантів відповіді.

Недавно в кабинете оппозиционного депутата встретилась с человеком, ставшим легендой в хитром деле президентского менеджмента. Слово за слово — разговорились. Обсуждая кульбиты нынешнего главы президентского секретариата собеседник заметил: «Я одного не понимаю — почему Балога абсолютно не боится Ющенко?». Полностью оправданный вопрос тут же получил несколько, с моей точки зрения, неубедительных вариантов ответа вопрошающего. Мой же вариант такой: Балога дал президенту Игру. Нет, он не сделал Виктора Андреевича в большей степени государственным деятелем, но он дал ему возможность политического игрища. Возможность, которую новоизбранному президенту не смогли обеспечить ни Зинченко, ни Рыбачук, ни Порошенко, ни Васюнык. Балога первый, кто оказался в состоянии концентрировать и направлять возможности президента, вести результативные диалоги с оппонентами, и в хаосе президентских желаний прокладывать путь к их реализации.

Возвращение президента в большую игру, обеспеченное Виктором Балогой во время апрельского кризиса прошлого года, заставило Ющенко уверовать в то, что Виктор Иванович обеспечит ему и главную цель — пролонгацию власти. И не простой власти, а — золотой.

Для достижения этой цели определен курс — на концентрацию полномочий. Для его реализации Виктор Ющенко избрал два с половиной пути.

Первый — это монопольный контроль над всеми силовиками и правоохранительными органами. Среди законопроектов, присланных в парламент гарантом в качестве неотложных, есть весьма красноречивые. Во-первых, о создании На­циональной гвардии — 40-тысячно­го вооруженного до зубов формиро­вания (со спецназом, авиацией и бронетехникой), по сути еще одной армии, но имеющей полномочия правоохранительного органа и подчиненной не МВД, не Министерст­ву обороны, не Минюсту, а напрямую президенту.

Следующим неотложным законопроектом президента предлагается вывести из системы исполнительной власти пограничную службу и, разумеется, замкнуть ее на президенте.

Этим же проектом Банковая неотложно требует внести изменения в закон, регламентирующий работу ГСТЗИ — так называемой правительственной связи, отвечающей в том числе за «сотки» и «двухсотки» (помните, как прошлой весной эти телефоны отключили руководству Рады?). Если сейчас руководителя и замов этого органа власти назначает Кабмин, предлагается же закрепить это право за президентом. И Пограничную администрацию, и ГСТЗИ президентским законопроектом предлагается вывести из состава центральных органов исполнительной власти и наделить никому не понятным статусом «органов государственной власти». На самом деле, эта новация — своего рода революция в европейском конституционном праве, ибо Европа знает имена лишь трех ветвей власти — законодательной, исполнительной и судебной. Кое-где, правда, еще остались символические монархи. Все остальное — от лукавого.

В рамках корректировки принятого бюджета глава государства впервые (!) всерьез заинтересовался финансированием армии. И потребовал от правительства выделения 2,5 процента ВВП на ее нужды — это плюс 12 миллиардов к уже выделенной сумме. Согласно ранее им же утвержденной программе на 2008 год было расписано обоснование для освоения двух процентов ВВП. Война за окном? Или выборы?

Незаконная попытка переподчи­нить Управлению госохраны пре­зидентский полк с тяжелой бронетехникой была зафиксирована и остановлена профильным комитетом Верховной Рады. После скандала глава УГО генерал Валерий Гелетей пытается представить происходящее, как исключительно его личную инициативу. Действительно, документ за подписью Виктора Ба­логи с требованием «выполнить поручение Главы государства в полном объеме в месячный срок» на сайте президента не вывешивают, но Геле­тей знает о его существовании и тем не менее продолжает рассказывать населению сказки… Хо­чется верить, что на попытках незаконной передачи армейского полка в УГО будет вынужденно поставлена жирная точка. Ибо даже если отбросить в сторону прямое нарушение Конс­титуции и законов, чрезвычайно сложно мотивировать, зачем Управлению государственной охраны дополнительно 1800 человек и более восьми десятков БТРов.

Еще одно средство президента, призванное обеспечить неограниченную власть над силовыми и правоохранительными органами, — это кадровая политика.

И не ждите, ни одного камня в огород Юрия Еханурова и его замов — Деевой, Буцы и Монтрезора — я не брошу. Поговорим о другом.

В период коалиционных торгов президент закрепил за собой «право» определять кандидатуру на пост главы МВД. Хотя согласно все еще действующей Консти­туции это забота правительства.

Вынужденная уступка президента неугодному на Банковой Юрию Луценко компенсируется несколькими вещами. Во-первых, ранее изданным президентским указом о необходимости согласовывать с ним, а по факту — с его секретариатом, все кадровые назначения внутри министерства, вплоть до начальников райотделов милиции. Но это было бы еще полбеды, если бы на Банковой от Луценко не требовали согласовывать назначения с «партнерами», например, с мэром Киева Леонидом Черновецким... Во-вторых, сохранением на посту генерального прокурора, недовольство работой которого Виктор Ющенко в самых ярких выражениях высказывал множество раз. После же форми­рования коалиции и правительства президент решил, что Медведько на цепи — это то, что нужно. Александр Иванович хорошо понимает, от кого зависит его пребывание на посту, ибо только в случае принятия президентом решения о ненадобности нынешнего генпрокурора у коалиции появится достаточное количество голосов за отставку Медведько. Это понимание предполагает внимательное и смиренное отношение к чаяниям благодетеля, получившего таким образом возможность поднимать и опускать веки главному карательному органу державы.

СБУ — отдельная песня. В этой организации на площадях, освобожденных от профессионалов, можно разместить несколько объектов для нужд Евро-2012, а на остав­шейся пло­щади открыть дом-музей Бориса Берштейна, Антона Яценко и Виктора Балоги. В оставшихся трех кабинетах разместить заместителей закарпатского происхождения во главе с незаконно назначенным (без согласования с комитетом пар­ламента по борьбе с кор­рупцией и оргпреступностью) первым замести­телем Тиберием Дурдинцом. Не­лишне напомнить, что нынешний и.о. председателя СБУ в течение полутора лет исполняет свои обязанности по приказу… своего предшественника Игоря Дрижчаного. Валентин На­ливайченко временно возглавил Службу на период отпуска Дрижча­ного, но тот из отпуска в СБУ уже не вернулся…Согласно законодательству, кадровые указы на руководящие должности в Служ­бу президент должен подписывать по представлению председателя (!) СБУ, а председателя-то — нет. О какой законности кадровых назначений вообще может идти речь?

Кадрово-правовой беспредел с силовиками касается не только СБУ. Свежий пример — очередное незаконное увольнение начальника ГУР Минобороны Александра Гала­ки. Очередное — потому что точно так же президент издал незаконный указ об увольнении Галаки в 2005-м, но тот через суд восстановился в должности. На сей раз Галака вроде смирился с решением президента, это его дело, но ведь легитимность назначения нового руководителя ГУР и принимаемых им решений от этого не укрепится.

Другой пример — незаконное увольнение Михаила Юрсы, руководителя Главной службы оборонной политики секретариата президента. О том, что он уволен и более того — назначен руководителем СБУ в Кировоградскую область, Юрса узнал из Интернета, пребывая в отпус­ке. Позже президент отменил незаконный указ о назначении Юрсы, но — ведь кто-то в СП такие нелегитимные указы готовит президенту, а тот — их подписывает?!

Подытожим. Президент хочет иметь собственные очень даже не потешные полки, как в Нацгвардии, так и в составе УГО. Он по закону и так контролирует СБУ, Минобо­роны, Службу внешней разведки и ГУР, а по факту — еще и ГПУ и МВД. Он стремится контролировать коммуникации элиты через ГСТЗИ и держать границу на собст­венном замке посредством контроля над пограничниками. При этом он может не сомневаться в лояльнос­ти армии под руководством Юрия Еханурова, равно как и подразделений внешней разведки, возглавляемой верным и опытным контрразвед­чиком Николаем Малому­жем. Да и военная разведка теперь под контролем Виктора Гвоздя, о котором мне, как, впрочем, и очень многим интересующимся, известно главным образом то, что он, в отличие от Александ­ра Галаки, во время Майдана не был замечен в пособничестве действующему премьер-министру.

Но это еще не все. Параллельно с установлением и закреплением контроля над силовыми и правоохра­нительными органами президент в своей законотворческой деятельнос­ти не пытается затушевать вектор, направленный на ослабление иных ветвей власти. Представленный им проект закона о Кабинете министров не оставляет сомнений в намерении серьезнейшим образом перетянуть одеяло власти на себя. Безусловно, в действующем законе есть целый ряд положений, нарушающих Конституцию, и они должны быть исправлены. Однако «Зеркало недели» трижды анализировавшее в своих публикациях предложенную президентом редакцию закона, указывало на нагромождение новых нарушений. Внесен­ных в текст даже вопреки решениям Консти­туционного суда.

Добавим к этому предложенный президентский законопроект, усиливающий вертикаль его губернаторской власти и хоронящий при этом давно обещанную реформу местного самоуправления. А еще президент хочет сам формировать Высший совет юстиции, а в проекте Конституции — Конституционный суд… Виктор Ющенко планирует создать Антикоррупционное бюро — для контроля над высшими госчиновниками. Вспомним также о требовании полного снятия с депутатов неприкосновенности с категорическим отказом ревизии неприкосновенности президентской и пой­мем: в случае принятия всех вне­сенных президентом законопроектов в целом, на чем еженедельно настаивает Виктор Андреевич, мы получим реализацию предвыборного лозунга «Закон один для всех», и звучит он так: «Мне можно все».

Будут все эти законопроекты приняты Верховной Радой или нет, не станем гадать, однако их концентрированное существование дает абсолютно внятное представление о ходе мысли демократического президента.

Второе направление — это конституционная реформа. В парламенте с ней возиться Банковая не собирается. У нее на уме референдум. Именно народ, согласно замыс­лу, должен будет наделить президента правами, которые предшественни­ку Ющенко не снились и под цветным зонтом Оле Лукойе. В прошлом номере «ЗН» Сергей Рахманин достаточно подробно описал проект Конституции, подготовленный группой, уполномоченной Банковой. Конечно же, Национальный конституционный совет, собираемый президентом, может рассчитывать на внесение своих правок в этот проект. Но если Верховная Ра­да примет внесенные Юрием Ключ­ковским изменения в Закон «О референдуме», предполагающие право президента выносить и утверждать на референдуме Конституцию страны, то какие бы правки откоман­дированные партиями и блоками юристы ни вносили в ходе обсужде­ния, Виктор Андрее­вич выйдет к народу с тем проектом, с которым захочет. Имеющийся же проект Конс­титуции превратит президента во всемогущего и свободного джинна, а законодательную, судебную и исполнительную власти уместит в лампу.

И, наконец, полутретий путь. В Конституционном суде пополнение — трое судей, назначенных президентом ожидают светлого дня принятия присяги. Эксперты утверждают, что с их приходом на работу в КС в этом органе сформируется необходимое Банковой большинство. И тогда при рассмот­рении представления о возможности или невозможности принимать Консти­туцию на всенародном референдуме, в обход Верховной Ра­ды, глава государства имеет очень высокие шансы получить ожидаемый им ответ.

А теперь возникает вопрос, зачем Виктору Андреевичу Ющенко нужны: а) такие полномочия; б) кон­центрированная власть над силовиками и правоохранителями. Нет, вопросом «ради чего?» мы зададим­ся ниже. Какие собственные проблемы он пытается решать, кол­дуя над экстрактом власти? С кем собирается воевать? И от кого обороняться погонным ресурсом, практически лишенным всякого контроля со стороны других органов власти? Ответов может быть несколько.

Во-первых, в стране, с трибун которой было сказано так много о священном праве частной собст­венности, а также необходимости восстановить справедливость, обеспечив бандитам тюрьмы, не были проведены реприватизация, не при­нят закон об амнистии теневого капитала. По сути, поле для шантажа властью отечественного бизнеса осталось безграничным. У Тимо­шенко на столе — список предприятий, подлежащих реприватизации. У Ющенко за столом — все правоохранительные органы, а на столе — открытые счета благотворительных фондов. На чьей стороне будет бизнес, которому долго ничего объяснять не надо? И кто сказал, что в преддверии выборов это праздный вопрос?

Как и в 2005 году, Юлия Владимировна выступает загонщиком для ловца, на которого бежит зверь. Бежит и несет в зубах средства, обеспечивающие не только строительство нескольких «Мистецьких Арсеналів», восстановление памятников и дворцов, но и вклады в предвыборный фонд, медиаресурсы, бизнес-партнерство для видных деятелей президентского окружения.

Нельзя не согласиться с первой леди: если мы цивилизованная страна, то нормальное законодательство о поддержке меценатства принимать нужно. Даже несмотря на то, что методы накопления капитала главными меценатами еще весьма свежи в памяти народа. Но без принятия закона об амнистии капитала любой сбор средств «под патронатом» никогда не лишится душка рэкета.

И еще. Да, суды, прокуратура, МВД и СБУ в Украине-2008 существенно коммерциализировались по сравнению с уровнем 2004 года. И если у тебя есть средства, то имеешь гораздо меньше проблем, чем мог бы иметь без них. Но многие ли четыре года назад задумывались об IPO и репутации?

Во-вторых, несомненна, основная задача президента — принятие нужного проекта Конституции на референдуме. Для результативного проведения референдума и «пра­вильного» подсчета голосов нужен ресурс. Всяческий: организационный, финансовый, административный, медийный, а может, и силовой. Не имея полномочий, заложен­ных в президентских законопроектах, переданных в Верхов­ную Раду в качестве первоочередных, этот ресурс получить в достаточном объеме невозможно. Посе­му внесенные законопроекты и полномочия, получаемые Ющенко в случае их утверждения, — это скорее не цель, а средство, дающее надежду на достижение главной цели.

И наконец, третье. События 2004-го и 2007-го достаточно ясно дали понять, что роль людей в погонах может оказаться не последней при разрешении острых внутриполитических кризисов. Иногда простого упоминания о них может оказать­ся достаточно как аргумента в споре: «Вот я приведу старшего брата — он знает карате». Но для того чтобы подобные аргументы были пустыми словами, необходимо жестко контролировать всех «старших братьев», независимо от того, какие погоны они носят — красные, васильковые или зеленые. Кроме того, все реверансы по поводу «гармо­нии» и «единой команды» воспринимаются как шутки уже не только посвящен­ными, но и широкими электоральны­ми массами. Табачок между Ющен­ко и Тимошенко уже давно врозь. Следовательно, на президентских выборах они сойдутся как заклятые друзья. И возможно, если сработают механизмы, выводящие из гонки Виктора Януковича, оба политика окажутся во втором туре. Вы думаете, разберутся без «старшего брата, знающего карате»? Дай Бог, конечно, но, похоже, не все в этом уверены.

Второго апреля каждый, кто понимал, чем грозит стране скупка депутатов и формирование конституционного большинства под эгидой Виктора Януковича, понял президента, издавшего указ о роспуске парламента. Методы вызывали горячие споры. Цель же разделяли все, кто понимает необходимость сохранения демократии и баланса власти.

Сейчас, когда мы наблюдаем аналогичные потуги, но уже не со стороны Януковича, а со стороны Ющенко; потуги, направленные на узурпацию власти, — все молчат. Почему?

Ну, по поводу Партии регионов очень хочется сказать словами Ежи Леца: «Иные немеют от восхищения, когда у них вынимают кляп изо рта». Но я воздержусь, ибо не все так просто. Оппозицию с ее теневым правительством дейст­вительно почти не слышно и почти не видно. И не только потому, что их по какой-то неведомой для меня причине не пускают на заседания Кабинета министров.

Во-первых, лидеры регионалов заняты ревизией отношений друг с другом и разработкой будущей стратегии. Если план Ахметова достаточно ясен — не оставаться один на один с Тимошенко и для этого максимально поддерживать президента как буфер, как щит, как фигуру в игре, то с самоопределением Виктора Федоровича сложнее. Он намерен установить свой порядок в партии, сконцентрировать власть, проведя реформу устава, ослабить административное влияние Колесникова, и на будущие выборы идти не во главе партии, что само собой разумеется, а во главе именного блока Януковича. Таким образом глава Партии регионов намерен размыть «пакет акций», принадлежащий людям, вынудившим его отказаться от власти, согласиться на досрочные выборы и не обеспечившим победу. В том, что досрочные парламентские выборы неизбежны, Янукович не сомневается и торопится подготовиться к этому последнему бою по максимуму. Что, безусловно, забирает много сил и времени, отвлекая от формирования публичной позиции и деятельности законотворческой, которая вменяется ему по статусу народного депутата.

Во-вторых, Янукович не теряет надежды сделать Виктора Ющен­ко прагматичным сторонником своего плана. Этот план не является тайной для президента и состоит в следующем: переформатировать коалицию и, как условие этого переформатирования, обеспечить принятие в Раде основных пре­зидентских законопроектов. Источники, чрезвычайно приближенные к Виктору Федоровичу, утверждают, что он якобы озвучил во время встречи с президентом согласие стать премьер-министром с урезанными полномочиями. То есть довольствоваться теми степенями свободы, которые останутся у главы исполнительной власти после принятия президентского варианта закона о Кабинете министров. И как следствие розыгрыша такой комбинации — возвращения на премьерский пост — Янукович-де выразил готовность не участвовать в президентской гонке, что для Виктора Ющенко, ввиду по крайней мере нынешних рейтингов, чрезвычайно важно: при участии в выборах Тимошенко и Януковича второй тур действующему президенту не светит. Январское исследование, проведенное по заказу Банковой одной из серьезных социологических служб, дает повод заказчикам задуматься: результаты соответственно — 24, 21 и 12 процентов.

В принципе, о переформатировании коалиции заговорили намного раньше, чем планировалось, то есть уже сейчас. Вопрос лишь в том, какая часть неизбежно расколовшейся в этом случае фракции «НУ—НС» сохранит за собой статус правопреемницы — помаранчевая или пропрезидентская. Вопрос не праздный, ведь известно, что субъектами формирования коалиции являются фракции. Впро­чем, эту проблему можно будет решить и другим способом — принятием закона об императивном мандате. И тогда — кто не с нами, тот не депутат. Тот выходит на свободу, где его гостеприимно ждут — ГПУ, МВД, СБУ, Нацгвардия, подцензурные в своем большинстве медиа и право отдать свой голос за президентский вариант Консти­туции на референдуме.

В случае неудачи смотри пункт первый — Партия регионов готовится к досрочным выборам, которые могут быть объявлены не позднее истечения года работы нынешнего досрочно выбранного парламента. Что вы говорите? Нет реест­ра избирателей, без создания которого, как написано в законе, выборы не могут быть проведены? Вы абсолютно правы. Но традицию пользовать закон, а когда нужно — игнорировать его, наша разноцветная власть свято чтит. Всякого, кто этого не понимает, ожидает встреча с ГПУ, МВД, СБУ, Нацгвардией, а в случае чрезвычайного отчаяния — с пограничниками.

Ввиду существования киевского суда Печерского района не возьму на себя ответственность утверждать, что этот план существует в голове Виктора Януковича, а не каких-то приближенных мечтателей :). Предположу, что этот план может быть не единственным. Альтернативный два года назад в ходе двухраундных переговоров обсуждался между Тимошенко и Ахметовым — принятие парламентом Конституции, упраздняющей пост президента как таковой. Юлии Владимировне, в принципе, все равно как называться — президентом или канцлером. «Канцлер Янукович» — тоже звучит. И есть данные, согласно которым гармония в отношениях президента и премьера приблизилась к той точке, которая может стать кнопкой возобновления данных переговоров. Вместе с тем лидеры ПР не спешат вступать в активные переговоры с Тимошенко. Но на всякий случай хранителем искры диалога является господин Клюев.

В надежность договоренностей как с одной, так и с другой стороной Янукович не очень верит. Вот и взвешивает, что лучше — игра с президентом, дающая надежду на усеченное временное премьерство, или поединок блоков «Я» и «Ю» за право возглавить или проиграть все в результате парламентских выборов.

А пока лидеры «Регионов» все взвешивают, пользуются зрением и слухом избирательно. И вот уже несколько недель активно не замечают очевидного комплекса президентских мер, направленных на концентрацию власти. В конце кон­цов, имеют право, они заняты серьезным делом — блокировкой три­буны, а также мыслями о том, как выйти из бесполезно глупой ситуации с этой самой блокировкой, в которую сами себя и загнали…

Оппозиция Ющенко оказалась в состоянии защитить общество от узурпации власти в апреле—мае 2007-го. Оппозиция Януковича в 2008-м таких талантов пока не проявила.

А что же Юлия Владимировна? Она тоже пока молчит. Конечно, можно оправдывать ее тем, что она при­нимает муки за нас, стараясь мак­симально долго удержаться в кресле главы исполнительной власти. Планов у Тимошенко громадье, и среди них пункта о быстром уходе с поста нет. Но есть, несомненно, еще один момент. Похоже, Юлия Владимировна не сомневается в том, кому после президентских выборов достанутся стягиваемые Виктором Андреевичем полномочия. Если так, то зря. Во-первых, получение неограниченной власти посредством проведения референдума и утверждения желаемо­го проекта Конституции при умелом использовании полученного ресурса Виктором Ивановичем может внести существенные коррективы в список кандидатов в прези­денты. А вот Юлию Владимировну, которая уже не депутат, при выходе из Кабмина надо уточнять, кто встретит?

Во-вторых, скажу вам по секре­ту как гражданин — ни Тимошенко, ни Ющенко, ни Янукович, ни Петренко либо Иванов ни при каких обстоятельствах не должны получить полномочий, содержащихся как в разработанном проекте Конституции, так и проистекающих, по совокупности, из внесенных президентом в парламент неотложных законопроектов. Почему? Потому что мы свободная страна. Пока еще не правовая, не шибко демократичная, не целостная и до конца не самоопределившаяся. Но свободная. А значит, имеющая шанс переварить весь этот подростковый хаос; пережить эту элиту, все чаще напоминающую ликвидационную комиссию. А если молодой организм впихнуть в панцирь лич­ностных полномочий кого бы то ни было, то в границах субъективно-применяемых президентом ГПУ, МВД, СБУ, Нацгвардии, судов и полномочий мы можем вырастить то же, что создавали компрачикосы.

И теперь главный вопрос. А ради чего борьба за необъятные пол­номочия? Социологи показывают, что в обществе нарастает спрос на умный авторитаризм, просвещенного диктатора. Ключевое слово в данной ситуации — «просвещенного». Кто-то заслуженно претендует на это определение? Кто-то имеет системное видение преобразования страны? Кто-то готов жертвовать рейтингом, а значит, карьерой ради необходимых стране реформ? Кто-то готов давать населению удочку вместо швыряемой «маленьким украинцам» рыбы? Кто-то готов отстаивать приоритеты развития вместо того, чтобы бороться за навязывание приоритетов распределения? Кто-то может называться государственным деятелем? Если вы имеете положительный ответ на эти вопросы, то у вас нет причин для беспокойства и проявления бдительности.

Тем, кто не видит личностного воплощения всех этих, столь необходимых для нынешнего состояния Украины, качеств, в глаза бро­сается наличие двух тенденций: необузданного «всехнего» популизма, не предполагающего уважительного и честного диалога власти (да и оппозиции) с гражданами, и такого же необузданного стремления к концентрации власти. И эти обе тенденции представляют серьезную опасность как для общества, так и для будущего страны. 

Юлия Мостовая

«Зеркало недели», 9 февраля 2008 г.

Нові досьє

Насіров Роман. 10 фактів із життя

Прокопчук Олександр. 10 фактів із життя

Продан Мирослав. 10 фактів із життя

Гандзюк Катерина. 10 фактів із життя

Карижський Максим. ДОСЬЄ

Вакарчук: "Я готовий принести в жертву творчість"

Остап'юк Юрій. ДОСЬЄ

Маринович Ярослав. ДОСЬЄ

Довбенко Андрій. ДОСЬЄ

Поплавська Марина. 10 фактів із життя

Реклама

Партнери