Сайт о тех, кто влияет на украинскую политику и экономику. Пишите нам: rudenko@rudenko.kiev.ua
ПОИСК 
Демократия — слишком хорошая вещь, чтобы ею делиться?     ПЕРСОНАЛИИ

Недавно в кабинете оппозиционного депутата встретилась с человеком, ставшим легендой в хитром деле президентского менеджмента. Слово за слово — разговорились. Обсуждая кульбиты нынешнего главы президентского секретариата собеседник заметил: «Я одного не понимаю — почему Балога абсолютно не боится Ющенко?». Полностью оправданный вопрос тут же получил несколько, с моей точки зрения, неубедительных вариантов ответа вопрошающего. Мой же вариант такой: Балога дал президенту Игру. Нет, он не сделал Виктора Андреевича в большей степени государственным деятелем, но он дал ему возможность политического игрища. Возможность, которую новоизбранному президенту не смогли обеспечить ни Зинченко, ни Рыбачук, ни Порошенко, ни Васюнык. Балога первый, кто оказался в состоянии концентрировать и направлять возможности президента, вести результативные диалоги с оппонентами, и в хаосе президентских желаний прокладывать путь к их реализации.

Возвращение президента в большую игру, обеспеченное Виктором Балогой во время апрельского кризиса прошлого года, заставило Ющенко уверовать в то, что Виктор Иванович обеспечит ему и главную цель — пролонгацию власти. И не простой власти, а — золотой.

Для достижения этой цели определен курс — на концентрацию полномочий. Для его реализации Виктор Ющенко избрал два с половиной пути.

Первый — это монопольный контроль над всеми силовиками и правоохранительными органами. Среди законопроектов, присланных в парламент гарантом в качестве неотложных, есть весьма красноречивые. Во-первых, о создании На­циональной гвардии — 40-тысячно­го вооруженного до зубов формиро­вания (со спецназом, авиацией и бронетехникой), по сути еще одной армии, но имеющей полномочия правоохранительного органа и подчиненной не МВД, не Министерст­ву обороны, не Минюсту, а напрямую президенту.

Следующим неотложным законопроектом президента предлагается вывести из системы исполнительной власти пограничную службу и, разумеется, замкнуть ее на президенте.

Этим же проектом Банковая неотложно требует внести изменения в закон, регламентирующий работу ГСТЗИ — так называемой правительственной связи, отвечающей в том числе за «сотки» и «двухсотки» (помните, как прошлой весной эти телефоны отключили руководству Рады?). Если сейчас руководителя и замов этого органа власти назначает Кабмин, предлагается же закрепить это право за президентом. И Пограничную администрацию, и ГСТЗИ президентским законопроектом предлагается вывести из состава центральных органов исполнительной власти и наделить никому не понятным статусом «органов государственной власти». На самом деле, эта новация — своего рода революция в европейском конституционном праве, ибо Европа знает имена лишь трех ветвей власти — законодательной, исполнительной и судебной. Кое-где, правда, еще остались символические монархи. Все остальное — от лукавого.

В рамках корректировки принятого бюджета глава государства впервые (!) всерьез заинтересовался финансированием армии. И потребовал от правительства выделения 2,5 процента ВВП на ее нужды — это плюс 12 миллиардов к уже выделенной сумме. Согласно ранее им же утвержденной программе на 2008 год было расписано обоснование для освоения двух процентов ВВП. Война за окном? Или выборы?

Незаконная попытка переподчи­нить Управлению госохраны пре­зидентский полк с тяжелой бронетехникой была зафиксирована и остановлена профильным комитетом Верховной Рады. После скандала глава УГО генерал Валерий Гелетей пытается представить происходящее, как исключительно его личную инициативу. Действительно, документ за подписью Виктора Ба­логи с требованием «выполнить поручение Главы государства в полном объеме в месячный срок» на сайте президента не вывешивают, но Геле­тей знает о его существовании и тем не менее продолжает рассказывать населению сказки… Хо­чется верить, что на попытках незаконной передачи армейского полка в УГО будет вынужденно поставлена жирная точка. Ибо даже если отбросить в сторону прямое нарушение Конс­титуции и законов, чрезвычайно сложно мотивировать, зачем Управлению государственной охраны дополнительно 1800 человек и более восьми десятков БТРов.

Еще одно средство президента, призванное обеспечить неограниченную власть над силовыми и правоохранительными органами, — это кадровая политика.

И не ждите, ни одного камня в огород Юрия Еханурова и его замов — Деевой, Буцы и Монтрезора — я не брошу. Поговорим о другом.

В период коалиционных торгов президент закрепил за собой «право» определять кандидатуру на пост главы МВД. Хотя согласно все еще действующей Консти­туции это забота правительства.

Вынужденная уступка президента неугодному на Банковой Юрию Луценко компенсируется несколькими вещами. Во-первых, ранее изданным президентским указом о необходимости согласовывать с ним, а по факту — с его секретариатом, все кадровые назначения внутри министерства, вплоть до начальников райотделов милиции. Но это было бы еще полбеды, если бы на Банковой от Луценко не требовали согласовывать назначения с «партнерами», например, с мэром Киева Леонидом Черновецким... Во-вторых, сохранением на посту генерального прокурора, недовольство работой которого Виктор Ющенко в самых ярких выражениях высказывал множество раз. После же форми­рования коалиции и правительства президент решил, что Медведько на цепи — это то, что нужно. Александр Иванович хорошо понимает, от кого зависит его пребывание на посту, ибо только в случае принятия президентом решения о ненадобности нынешнего генпрокурора у коалиции появится достаточное количество голосов за отставку Медведько. Это понимание предполагает внимательное и смиренное отношение к чаяниям благодетеля, получившего таким образом возможность поднимать и опускать веки главному карательному органу державы.

СБУ — отдельная песня. В этой организации на площадях, освобожденных от профессионалов, можно разместить несколько объектов для нужд Евро-2012, а на остав­шейся пло­щади открыть дом-музей Бориса Берштейна, Антона Яценко и Виктора Балоги. В оставшихся трех кабинетах разместить заместителей закарпатского происхождения во главе с незаконно назначенным (без согласования с комитетом пар­ламента по борьбе с кор­рупцией и оргпреступностью) первым замести­телем Тиберием Дурдинцом. Не­лишне напомнить, что нынешний и.о. председателя СБУ в течение полутора лет исполняет свои обязанности по приказу… своего предшественника Игоря Дрижчаного. Валентин На­ливайченко временно возглавил Службу на период отпуска Дрижча­ного, но тот из отпуска в СБУ уже не вернулся…Согласно законодательству, кадровые указы на руководящие должности в Служ­бу президент должен подписывать по представлению председателя (!) СБУ, а председателя-то — нет. О какой законности кадровых назначений вообще может идти речь?

Кадрово-правовой беспредел с силовиками касается не только СБУ. Свежий пример — очередное незаконное увольнение начальника ГУР Минобороны Александра Гала­ки. Очередное — потому что точно так же президент издал незаконный указ об увольнении Галаки в 2005-м, но тот через суд восстановился в должности. На сей раз Галака вроде смирился с решением президента, это его дело, но ведь легитимность назначения нового руководителя ГУР и принимаемых им решений от этого не укрепится.

Другой пример — незаконное увольнение Михаила Юрсы, руководителя Главной службы оборонной политики секретариата президента. О том, что он уволен и более того — назначен руководителем СБУ в Кировоградскую область, Юрса узнал из Интернета, пребывая в отпус­ке. Позже президент отменил незаконный указ о назначении Юрсы, но — ведь кто-то в СП такие нелегитимные указы готовит президенту, а тот — их подписывает?!

Подытожим. Президент хочет иметь собственные очень даже не потешные полки, как в Нацгвардии, так и в составе УГО. Он по закону и так контролирует СБУ, Минобо­роны, Службу внешней разведки и ГУР, а по факту — еще и ГПУ и МВД. Он стремится контролировать коммуникации элиты через ГСТЗИ и держать границу на собст­венном замке посредством контроля над пограничниками. При этом он может не сомневаться в лояльнос­ти армии под руководством Юрия Еханурова, равно как и подразделений внешней разведки, возглавляемой верным и опытным контрразвед­чиком Николаем Малому­жем. Да и военная разведка теперь под контролем Виктора Гвоздя, о котором мне, как, впрочем, и очень многим интересующимся, известно главным образом то, что он, в отличие от Александ­ра Галаки, во время Майдана не был замечен в пособничестве действующему премьер-министру.

Но это еще не все. Параллельно с установлением и закреплением контроля над силовыми и правоохра­нительными органами президент в своей законотворческой деятельнос­ти не пытается затушевать вектор, направленный на ослабление иных ветвей власти. Представленный им проект закона о Кабинете министров не оставляет сомнений в намерении серьезнейшим образом перетянуть одеяло власти на себя. Безусловно, в действующем законе есть целый ряд положений, нарушающих Конституцию, и они должны быть исправлены. Однако «Зеркало недели» трижды анализировавшее в своих публикациях предложенную президентом редакцию закона, указывало на нагромождение новых нарушений. Внесен­ных в текст даже вопреки решениям Консти­туционного суда.

Добавим к этому предложенный президентский законопроект, усиливающий вертикаль его губернаторской власти и хоронящий при этом давно обещанную реформу местного самоуправления. А еще президент хочет сам формировать Высший совет юстиции, а в проекте Конституции — Конституционный суд… Виктор Ющенко планирует создать Антикоррупционное бюро — для контроля над высшими госчиновниками. Вспомним также о требовании полного снятия с депутатов неприкосновенности с категорическим отказом ревизии неприкосновенности президентской и пой­мем: в случае принятия всех вне­сенных президентом законопроектов в целом, на чем еженедельно настаивает Виктор Андреевич, мы получим реализацию предвыборного лозунга «Закон один для всех», и звучит он так: «Мне можно все».

Будут все эти законопроекты приняты Верховной Радой или нет, не станем гадать, однако их концентрированное существование дает абсолютно внятное представление о ходе мысли демократического президента.

Второе направление — это конституционная реформа. В парламенте с ней возиться Банковая не собирается. У нее на уме референдум. Именно народ, согласно замыс­лу, должен будет наделить президента правами, которые предшественни­ку Ющенко не снились и под цветным зонтом Оле Лукойе. В прошлом номере «ЗН» Сергей Рахманин достаточно подробно описал проект Конституции, подготовленный группой, уполномоченной Банковой. Конечно же, Национальный конституционный совет, собираемый президентом, может рассчитывать на внесение своих правок в этот проект. Но если Верховная Ра­да примет внесенные Юрием Ключ­ковским изменения в Закон «О референдуме», предполагающие право президента выносить и утверждать на референдуме Конституцию страны, то какие бы правки откоман­дированные партиями и блоками юристы ни вносили в ходе обсужде­ния, Виктор Андрее­вич выйдет к народу с тем проектом, с которым захочет. Имеющийся же проект Конс­титуции превратит президента во всемогущего и свободного джинна, а законодательную, судебную и исполнительную власти уместит в лампу.

И, наконец, полутретий путь. В Конституционном суде пополнение — трое судей, назначенных президентом ожидают светлого дня принятия присяги. Эксперты утверждают, что с их приходом на работу в КС в этом органе сформируется необходимое Банковой большинство. И тогда при рассмот­рении представления о возможности или невозможности принимать Консти­туцию на всенародном референдуме, в обход Верховной Ра­ды, глава государства имеет очень высокие шансы получить ожидаемый им ответ.

А теперь возникает вопрос, зачем Виктору Андреевичу Ющенко нужны: а) такие полномочия; б) кон­центрированная власть над силовиками и правоохранителями. Нет, вопросом «ради чего?» мы зададим­ся ниже. Какие собственные проблемы он пытается решать, кол­дуя над экстрактом власти? С кем собирается воевать? И от кого обороняться погонным ресурсом, практически лишенным всякого контроля со стороны других органов власти? Ответов может быть несколько.

Во-первых, в стране, с трибун которой было сказано так много о священном праве частной собст­венности, а также необходимости восстановить справедливость, обеспечив бандитам тюрьмы, не были проведены реприватизация, не при­нят закон об амнистии теневого капитала. По сути, поле для шантажа властью отечественного бизнеса осталось безграничным. У Тимо­шенко на столе — список предприятий, подлежащих реприватизации. У Ющенко за столом — все правоохранительные органы, а на столе — открытые счета благотворительных фондов. На чьей стороне будет бизнес, которому долго ничего объяснять не надо? И кто сказал, что в преддверии выборов это праздный вопрос?

Как и в 2005 году, Юлия Владимировна выступает загонщиком для ловца, на которого бежит зверь. Бежит и несет в зубах средства, обеспечивающие не только строительство нескольких «Мистецьких Арсеналів», восстановление памятников и дворцов, но и вклады в предвыборный фонд, медиаресурсы, бизнес-партнерство для видных деятелей президентского окружения.

Нельзя не согласиться с первой леди: если мы цивилизованная страна, то нормальное законодательство о поддержке меценатства принимать нужно. Даже несмотря на то, что методы накопления капитала главными меценатами еще весьма свежи в памяти народа. Но без принятия закона об амнистии капитала любой сбор средств «под патронатом» никогда не лишится душка рэкета.

И еще. Да, суды, прокуратура, МВД и СБУ в Украине-2008 существенно коммерциализировались по сравнению с уровнем 2004 года. И если у тебя есть средства, то имеешь гораздо меньше проблем, чем мог бы иметь без них. Но многие ли четыре года назад задумывались об IPO и репутации?

Во-вторых, несомненна, основная задача президента — принятие нужного проекта Конституции на референдуме. Для результативного проведения референдума и «пра­вильного» подсчета голосов нужен ресурс. Всяческий: организационный, финансовый, административный, медийный, а может, и силовой. Не имея полномочий, заложен­ных в президентских законопроектах, переданных в Верхов­ную Раду в качестве первоочередных, этот ресурс получить в достаточном объеме невозможно. Посе­му внесенные законопроекты и полномочия, получаемые Ющенко в случае их утверждения, — это скорее не цель, а средство, дающее надежду на достижение главной цели.

И наконец, третье. События 2004-го и 2007-го достаточно ясно дали понять, что роль людей в погонах может оказаться не последней при разрешении острых внутриполитических кризисов. Иногда простого упоминания о них может оказать­ся достаточно как аргумента в споре: «Вот я приведу старшего брата — он знает карате». Но для того чтобы подобные аргументы были пустыми словами, необходимо жестко контролировать всех «старших братьев», независимо от того, какие погоны они носят — красные, васильковые или зеленые. Кроме того, все реверансы по поводу «гармо­нии» и «единой команды» воспринимаются как шутки уже не только посвящен­ными, но и широкими электоральны­ми массами. Табачок между Ющен­ко и Тимошенко уже давно врозь. Следовательно, на президентских выборах они сойдутся как заклятые друзья. И возможно, если сработают механизмы, выводящие из гонки Виктора Януковича, оба политика окажутся во втором туре. Вы думаете, разберутся без «старшего брата, знающего карате»? Дай Бог, конечно, но, похоже, не все в этом уверены.

Второго апреля каждый, кто понимал, чем грозит стране скупка депутатов и формирование конституционного большинства под эгидой Виктора Януковича, понял президента, издавшего указ о роспуске парламента. Методы вызывали горячие споры. Цель же разделяли все, кто понимает необходимость сохранения демократии и баланса власти.

Сейчас, когда мы наблюдаем аналогичные потуги, но уже не со стороны Януковича, а со стороны Ющенко; потуги, направленные на узурпацию власти, — все молчат. Почему?

Ну, по поводу Партии регионов очень хочется сказать словами Ежи Леца: «Иные немеют от восхищения, когда у них вынимают кляп изо рта». Но я воздержусь, ибо не все так просто. Оппозицию с ее теневым правительством дейст­вительно почти не слышно и почти не видно. И не только потому, что их по какой-то неведомой для меня причине не пускают на заседания Кабинета министров.

Во-первых, лидеры регионалов заняты ревизией отношений друг с другом и разработкой будущей стратегии. Если план Ахметова достаточно ясен — не оставаться один на один с Тимошенко и для этого максимально поддерживать президента как буфер, как щит, как фигуру в игре, то с самоопределением Виктора Федоровича сложнее. Он намерен установить свой порядок в партии, сконцентрировать власть, проведя реформу устава, ослабить административное влияние Колесникова, и на будущие выборы идти не во главе партии, что само собой разумеется, а во главе именного блока Януковича. Таким образом глава Партии регионов намерен размыть «пакет акций», принадлежащий людям, вынудившим его отказаться от власти, согласиться на досрочные выборы и не обеспечившим победу. В том, что досрочные парламентские выборы неизбежны, Янукович не сомневается и торопится подготовиться к этому последнему бою по максимуму. Что, безусловно, забирает много сил и времени, отвлекая от формирования публичной позиции и деятельности законотворческой, которая вменяется ему по статусу народного депутата.

Во-вторых, Янукович не теряет надежды сделать Виктора Ющен­ко прагматичным сторонником своего плана. Этот план не является тайной для президента и состоит в следующем: переформатировать коалицию и, как условие этого переформатирования, обеспечить принятие в Раде основных пре­зидентских законопроектов. Источники, чрезвычайно приближенные к Виктору Федоровичу, утверждают, что он якобы озвучил во время встречи с президентом согласие стать премьер-министром с урезанными полномочиями. То есть довольствоваться теми степенями свободы, которые останутся у главы исполнительной власти после принятия президентского варианта закона о Кабинете министров. И как следствие розыгрыша такой комбинации — возвращения на премьерский пост — Янукович-де выразил готовность не участвовать в президентской гонке, что для Виктора Ющенко, ввиду по крайней мере нынешних рейтингов, чрезвычайно важно: при участии в выборах Тимошенко и Януковича второй тур действующему президенту не светит. Январское исследование, проведенное по заказу Банковой одной из серьезных социологических служб, дает повод заказчикам задуматься: результаты соответственно — 24, 21 и 12 процентов.

В принципе, о переформатировании коалиции заговорили намного раньше, чем планировалось, то есть уже сейчас. Вопрос лишь в том, какая часть неизбежно расколовшейся в этом случае фракции «НУ—НС» сохранит за собой статус правопреемницы — помаранчевая или пропрезидентская. Вопрос не праздный, ведь известно, что субъектами формирования коалиции являются фракции. Впро­чем, эту проблему можно будет решить и другим способом — принятием закона об императивном мандате. И тогда — кто не с нами, тот не депутат. Тот выходит на свободу, где его гостеприимно ждут — ГПУ, МВД, СБУ, Нацгвардия, подцензурные в своем большинстве медиа и право отдать свой голос за президентский вариант Консти­туции на референдуме.

В случае неудачи смотри пункт первый — Партия регионов готовится к досрочным выборам, которые могут быть объявлены не позднее истечения года работы нынешнего досрочно выбранного парламента. Что вы говорите? Нет реест­ра избирателей, без создания которого, как написано в законе, выборы не могут быть проведены? Вы абсолютно правы. Но традицию пользовать закон, а когда нужно — игнорировать его, наша разноцветная власть свято чтит. Всякого, кто этого не понимает, ожидает встреча с ГПУ, МВД, СБУ, Нацгвардией, а в случае чрезвычайного отчаяния — с пограничниками.

Ввиду существования киевского суда Печерского района не возьму на себя ответственность утверждать, что этот план существует в голове Виктора Януковича, а не каких-то приближенных мечтателей :). Предположу, что этот план может быть не единственным. Альтернативный два года назад в ходе двухраундных переговоров обсуждался между Тимошенко и Ахметовым — принятие парламентом Конституции, упраздняющей пост президента как таковой. Юлии Владимировне, в принципе, все равно как называться — президентом или канцлером. «Канцлер Янукович» — тоже звучит. И есть данные, согласно которым гармония в отношениях президента и премьера приблизилась к той точке, которая может стать кнопкой возобновления данных переговоров. Вместе с тем лидеры ПР не спешат вступать в активные переговоры с Тимошенко. Но на всякий случай хранителем искры диалога является господин Клюев.

В надежность договоренностей как с одной, так и с другой стороной Янукович не очень верит. Вот и взвешивает, что лучше — игра с президентом, дающая надежду на усеченное временное премьерство, или поединок блоков «Я» и «Ю» за право возглавить или проиграть все в результате парламентских выборов.

А пока лидеры «Регионов» все взвешивают, пользуются зрением и слухом избирательно. И вот уже несколько недель активно не замечают очевидного комплекса президентских мер, направленных на концентрацию власти. В конце кон­цов, имеют право, они заняты серьезным делом — блокировкой три­буны, а также мыслями о том, как выйти из бесполезно глупой ситуации с этой самой блокировкой, в которую сами себя и загнали…

Оппозиция Ющенко оказалась в состоянии защитить общество от узурпации власти в апреле—мае 2007-го. Оппозиция Януковича в 2008-м таких талантов пока не проявила.

А что же Юлия Владимировна? Она тоже пока молчит. Конечно, можно оправдывать ее тем, что она при­нимает муки за нас, стараясь мак­симально долго удержаться в кресле главы исполнительной власти. Планов у Тимошенко громадье, и среди них пункта о быстром уходе с поста нет. Но есть, несомненно, еще один момент. Похоже, Юлия Владимировна не сомневается в том, кому после президентских выборов достанутся стягиваемые Виктором Андреевичем полномочия. Если так, то зря. Во-первых, получение неограниченной власти посредством проведения референдума и утверждения желаемо­го проекта Конституции при умелом использовании полученного ресурса Виктором Ивановичем может внести существенные коррективы в список кандидатов в прези­денты. А вот Юлию Владимировну, которая уже не депутат, при выходе из Кабмина надо уточнять, кто встретит?

Во-вторых, скажу вам по секре­ту как гражданин — ни Тимошенко, ни Ющенко, ни Янукович, ни Петренко либо Иванов ни при каких обстоятельствах не должны получить полномочий, содержащихся как в разработанном проекте Конституции, так и проистекающих, по совокупности, из внесенных президентом в парламент неотложных законопроектов. Почему? Потому что мы свободная страна. Пока еще не правовая, не шибко демократичная, не целостная и до конца не самоопределившаяся. Но свободная. А значит, имеющая шанс переварить весь этот подростковый хаос; пережить эту элиту, все чаще напоминающую ликвидационную комиссию. А если молодой организм впихнуть в панцирь лич­ностных полномочий кого бы то ни было, то в границах субъективно-применяемых президентом ГПУ, МВД, СБУ, Нацгвардии, судов и полномочий мы можем вырастить то же, что создавали компрачикосы.

И теперь главный вопрос. А ради чего борьба за необъятные пол­номочия? Социологи показывают, что в обществе нарастает спрос на умный авторитаризм, просвещенного диктатора. Ключевое слово в данной ситуации — «просвещенного». Кто-то заслуженно претендует на это определение? Кто-то имеет системное видение преобразования страны? Кто-то готов жертвовать рейтингом, а значит, карьерой ради необходимых стране реформ? Кто-то готов давать населению удочку вместо швыряемой «маленьким украинцам» рыбы? Кто-то готов отстаивать приоритеты развития вместо того, чтобы бороться за навязывание приоритетов распределения? Кто-то может называться государственным деятелем? Если вы имеете положительный ответ на эти вопросы, то у вас нет причин для беспокойства и проявления бдительности.

Тем, кто не видит личностного воплощения всех этих, столь необходимых для нынешнего состояния Украины, качеств, в глаза бро­сается наличие двух тенденций: необузданного «всехнего» популизма, не предполагающего уважительного и честного диалога власти (да и оппозиции) с гражданами, и такого же необузданного стремления к концентрации власти. И эти обе тенденции представляют серьезную опасность как для общества, так и для будущего страны. 

Юлия Мостовая

«Зеркало недели», 9 февраля 2008 г.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ: Балога Виктор. ДОСЬЕ