Виктор Шемчук: «Я прокурор, а не политик»

Финалом, вслед за назначением на генерал­лейтенантскую должность начальника главка МВД полковника Анатолия Могилева из Макеевки, стало возвращение в кресло прокурора АРК Владимира Гальцова — бывшего донецкого протеже Геннадия Васильева. Через полтора года после увольнения по собственному желанию в связи с выходом на пенсию благодаря решению Печерского райсуда Киева он возобновился в должности. А Виктор Шемчук, который до этого отказался от предложения генпрокурора добровольно поменять место работы, был освобожден. И уже на следующий день был назначен постоянным представителем президента в АРК. Таким образом интрига завершилась, и на этом конец.

Гонки претендентов на должность, настоящий политический вес которой наглядно продемонстрировал Геннадий Москаль, по количеству участников и приложенных усилий на лоббирование могли напоминать только борьбу за кресло премьера автономии. Первое интервью в новой должности Виктор Шемчук дал «ЗН», хотя полушутя говорит, что еженедельник в его увольнении сыграл не последнюю роль. С обнародования версии о том, что его кандидатура рассматривается на Банковой среди вероятного нового руководства ГПУ, и начались активные действия по выталкиванию Шемчука из Крыма. Но это, конечно, лишь деталь.

— Виктор Викторович, вы заявляли, что в случае увольнения с должности прокурора назовете имена тех, кто безосновательно добивался вашей отставки, и бизнес-структуры, имеющие к ним отношение. Так кто?

— Думаю, сегодня еще неуместно начинать разговор с этого. Давайте подождем решений, которые будут приняты Верховной Радой и Советом министров Крыма после моего увольнения, и, бесспорно, тогда мы увидим и коммерческие структуры, и фамилии людей, заинтересованных в моей отставке.

— Зачем ждать? В среду парламент Крыма дал согласие на месторасположение гольф-клуба на участке в 120 гектаров близ Гурзуфа. Проект решения депутатам раздали уже в зале. Строить будет дочерняя структура ООО «Антал-сервис», которая в свою очередь входит в «Межрегиональный промышленный союз», основателем которого является влиятельный «регионал» Антон Пригодский. Собственно, все это он уже публично засвидетельствовал.

— Напомню, что в прошлый четверг, еще будучи прокурором АРК, я внес протест на соответствующее решение СМ Крыма. Существует ряд нарушений законодательства, без устранения которых выделение этого земельного участка является незаконным.

Я не против строительства кем бы то ни было гольф-клубов на территории Крыма и с названием «Гольф-Сити», и с названием «Антал-Крым», но все должно происходить в соответствии с законом. А ведь целого ряда необходимых согласований на момент принятия решения правительством не было. При обстоятельствах, когда эти нарушения не устранены, решение парламента является незаконным.

— Ни для кого из крымских политиков не секрет, что Антон Пригодский — партийный куратор автономии от ПРУ — серьезно влияет на все решения, принятые здесь. Начиная с кадровых. Ваше увольнение — в этом же ряду?
— Я лично не знаком с А.Пригодским. Утверждать, что именно он влиял на решение генерального прокурора, не могу. Если же говорить о решении прокуратуры относительно структур, связанных с господином Пригодским, то вы помните эпопею с незаконным выделением около гектара побережья «Межрегиональному промышленному союзу» для строительства противооползневых и укрепительных сооружений для пансионата семейного типа в Никите...

— ...для дачи, где останавливаются на отдых В.Янукович и Р.Ахметов...
— ...и если действительно прокурорский протест на это решение каким-то образом повлиял на отношение к прокурору Шемчуку, то, возможно, есть основания так думать. Хотя мне не известно, чтобы Антон Пригодский где-то высказывался негативно по этому поводу в мой адрес.

Что же касается других лиц, которые могли быть причастны к решению кадровых вопросов в прокуратуре, то все-таки, как бы все ни складывалось, определяющей была позиция генерального прокурора. Чем она обусловлена или кем — мне пока неизвестно. Кстати, первый заместитель генпрокурора, представляя господина Гальцова, еще раз подтвердил, что ни ко мне как прокурору, ни к работе коллектива прокуратуры никаких претензий нет. Более того, насколько мне известно, готовятся кадровые изменения. Ряду руководителей уже предложили написать соответствующие заявления и по собственному желанию перейти на другие должности.

— Кому именно?
— Первому заместителю и заместителям прокурора автономии. Это не лучший вариант, по-моему мнению, но руководитель прокуратуры имеет право принимать кадровые решения, если у него есть к кому-либо претензии. Хотелось бы, чтобы эти ротации были к лучшему, а не как в старые времена. Например, перед президентскими выборами.

— Судя по образцовой оценке, данной вам и вашей работе господином Винокуровым во время представления Гальцова — молодой, перспективный, — надо понимать, что взамен вам предложили по крайней мере равнозначную должность?
— Я не против строительства кем бы то ни было гольф-клубов на территории Крыма и с названием «Гольф-Сити», и с названием «Антал-Крым», но все должно происходить в соответствии с законом. А ведь целого ряда необходимых согласований на момент принятия решения правительством не было. При обстоятельствах, когда эти нарушения не устранены, решение парламента является незаконным.

— То есть вы были недовльны предложениями генпрокурора?

— Я был поражен. Поскольку все разговоры о 36-летнем перспективном прокуроре и предложении работать помощником прокурора Симферопольского района, согласитесь, как-то не вяжутся. Мало того, обидны.

— Что будет означать для Крыма, на ваш взгляд, возвращение Владимира Гальцова?

— Я бы не хотел, чтобы это был шаг назад. Сейчас, конечно, рано говорить наверняка. Однако если, при условии гласности в работе прокуратуры, мы увидим прекращение уголовных дел, по которым расследовались злоупотребления высокопоставленных чиновников в земельной сфере — к примеру, в деле бывших руководителей республиканского комитета по земельным ресурсам Жагорникова и Соколика, если будут отозваны иски или будут отказы от исковых требований в исках прокурора относительно решений ВС или СМ Крыма, то это будет свидетельствовать о том, что отрицательные процессы происходят. Такими же сигнальными маячками могут служить и возвращение в крымскую прокуратуру старых одиозных кадров вместо таких признанных профессионалов, как Тамила Дробицкая и Владимир Бойко, замена прокуроров курортных городов — Ялты, Алушты, Феодосии, Евпатории.

— После назначения постоянным представителем президента вы не отказались от желания обжаловать решение суда о возобновлении на должности прокурора В.Гальцова?

— Нет, причем перед назначением я согласовал свое намерение добиваться справедливого решения в этом деле. Считаю решение о возобновлении на должности г-на Гальцова незаконным, поскольку суд даже не рассматривал дело по сути.

Мало того, я обжалую и другие решения, среди них — сокращение должности заместителя генерального прокурора — прокурора АРК, которое произошло в декабре прошлого года. Для этого есть такие же основания, как и для возобновления на должности прокурора Гальцова.

Этот иск уже в ближайшее время будет рассматриваться в Железнодорожном райсуде Симферополя и, думаю, еще будет продолжение. У меня как у юриста есть основания считать, что эти иски должны быть удовлетворены.

— Виктор Викторович, вступив в должность постпреда президента, вы сделали шаг в публичную политику. Вы это осознаете?

— Сегодня мои друзья задали мне два вопроса. Первый — какая разница будет между постоянными представителями Москалем и Шемчуком? Ответ — такая же, как между милиционером и прокурором.

Второй вопрос — осознаю ли я, что одно дело убеждать кого-то придерживаться закона, будучи руководителем правоохранительного органа, а другое — будучи политиком, представляющим президента В.Ющенко в Крымской автономии. Откровенно скажу, я еще этого не осознаю. По сути своей я буду оставаться больше прокурором, чем политиком. И детальное ознакомление с документами, регламентирующими деятельность постпредства президента, утвердило меня во мнении, что этот институт очень близок к полномочиям прокуратуры. Только главная функция — не надзор за соблюдением законности, как у прокуратуры, а обеспечение выполнения законов и указов президента. Это та работа, которую я делал раньше и которую я хорошо знаю.

— Разумеется, но за время своего руководства прокуратурой вы уже успели нажить недругов среди главнейших политических игроков автономии и Украины — если вспомнить уголовные дела относительно незаконности приватизации объектов санаторно-курортного комплекса и крупных наделов земли. Теперь вам придется вести с ними диалог, к которому ради стабильности призывал президент во время представления, а не разговаривать, как прокурор с гражданами.

— Никто сегодня не может сказать, что Шемчук был чьим-то карманным прокурором, я всегда оставался независимым в своих действиях. Думаю, такую же позицию мне удастся удержать и на новой должности. Относительно же недругов и необходимости вести с ними диалог, то скажу так. Если бы я стал выполнять требования, которые на определенном этапе начали ставить перед прокуратурой Крыма, то можно было стать соучастником различных лоббистских схем и тому подобное. Так что, состоя сегодня вне прокуратуры, я буду иметь больше шансов влиять на обеспечение законности, чем выполнять чьи-то заказы, оставаясь в прокуратуре. Поэтому главенствующее место в моей работе будет занимать мониторинг решений органов власти в Крыму.

— Такой же тотальный, как это было во времена Г.Москаля?

— Так же жестко, как было прежде. То есть ни одно из противоправных решений не пройдет вне внимания представительства, даже если на него будет реагирование прокуратуры — в таком случае параллельно будет и реакция постоянного представителя, поскольку одно не исключает другого. Наши сотрудники будут принимать участие в заседаниях парламента и правительства, также при необходимости будут востребованы все необходимые документы. Деятельность постоянного представительства будет абсолютно прозрачной, а решения — публичными. Общественность будет получать оперативную, полную и достоверную информацию относительно правового анализа решений органов власти. Поэтому есть намерение усилить соответствующую службу, есть несколько интересных идей, о которых пока не буду говорить. То есть форма и методы кардинально не изменятся, возможно, стиль будет другим.

— То есть цитат из песен Высоцкого, которыми генерал Москаль любил усиливать свои обращения к спикеру Гриценко и другим крымским политикам с непростой судьбой, уже не будет?

— (Сквозь смех. — Авт.) Да, цитаты будут другие, преимущественно из классиков.

— Назовите проблемы, которые сегодня кажутся вам неотложными для вмешательства и решения?

— Что бы мы ни говорили, но следует признать, что сегодня в Крыму с украинскими властями довольно сложно. Это, кстати, продемонстрировало и совещание с участием президента в СМ Крыма — то, что происходило в зале, атмосфера и проявления откровенного хамства со стороны некоторых депутатов при обсуждении вопросов. Приоритетным остается соблюдение законности в земельной сфере, приватизации, необходимость скорейшего завершения инвентаризации земли. Поскольку мне известны как факты продажи больших строительных трестов за тысячу долларов, так и передачи в аренду за копейки целых комплексов. Отдельная тема — сохранение природного заповедного фонда. Это вопросы, которыми я занимался на должности прокурора и которые еще не имеют своего завершения.

— Вы не играете в гольф? Напрасно, ведь скоро, кажется, все побережье Крыма превратится в поле для гольфа. Кроме Пригодского, такие намерения имеет и Лужков. Как вы смотрите на новые грандиозные планы московского мэра и крымского руководства относительно освоения восточного Крыма: под инвестпроект планируется двести гектаров побережья Черного и Азовского морей, обещаны два миллиарда долларов инвестиций, снова будем строить мост через Керченский пролив...

— Не важно, какие здесь инвестиции — московские или турецкие. Пусть будут все. Возникает один вопрос: на эти деньги в самом деле будут строить рекреационные объекты или виртуально под проект будет выделен большой массив земли, который потом порежут по десять соток и будут продавать в розницу. Я десять лет в Крыму и все десять слышу о проектах, которые здесь подписывают все правительства с одним и тем же мэром Москвы. И ни один из этих проектов еще не реализован. Поэтому я не вижу другой необходимости для властей в подписании новых протоколов и программ, кроме пиара. В конце концов, это их дела.

Кроме того, идет забивание колков, поскольку политическая ситуация столь непостоянна, что желание наших власть имущих быстренько забить себе какую-нибудь территорию понятное. Для меня, например, не вопрос, зачем вдруг решили возрождать соляные промыслы, зачем столько гольф-клубов. Это сумасшедшие деньги, это огромный черный рынок. Мне интересно только, чем кончится предложение Анатолия Гриценко об изъятии 800 гектаров земли из Ялтинского горно-лесного природного заповедника. Или уместно ли говорить: давайте 800 гектаров, то есть все, что ниже дороги Ялта—Севастополь, отдадим под инвестпроекты, а площадь заповедника увеличим за счет плато Ай-Петри. Возможно, в чьей-то голове возник этот большой стратегический замысел, но, кроме попытки забить колки, это больше ничего не напоминает. Однако наихудшая ситуация касается того, что даже в процессе проведения инвентаризации земель, установления границ заповедников и выделения их в натуре возможны маневры на местности, которые дадут возможность часть тех или иных земель использовать как угодно.

— Что касается сокращения площадей заповедника и установления его новых границ, то здесь без соответствующего указа президента крымские власти ничего не могут сделать. То есть теперь продвижение или торможение этого вопроса — и в вашей компетенции.

— Я буду предлагать секретариату президента принимать решения исключительно по увеличению площадей крымских заповедников, а не сокращению.

— Уже известны намерения крымских «регионалов» внести изменения в закон о постоянном представительстве президента в АРК. Спикер Гриценко считает, что действующие полномочия постпреда слишком широки, и, скорее всего, можно ожидать их урезания. Надо понимать — в духе конституционной реформы.

— Существующих сегодня полномочий в принципе еще достаточно, чтобы каким-то образом влиять на ситуацию. Я не исключаю возможности, что после внесения изменений в закон все функции представительства будут сведены к тому, чтобы встречать-провожать президента и возлагать цветы к памятнику Шевченко в День независимости. В таком случае, пожалуй, возникнет вопрос о другом месте работы.

— Но в публичной политике вы себя не видите?

— Можете вынести в заголовок: я — прокурор. Остальное от лукавого, потому буду добиваться справедливости.

«Зеркало недели», 24 февраля 2007 г.