Сайт о тех, кто влияет на украинскую политику и экономику. Пишите нам: rudenko@rudenko.kiev.ua
ПОИСК 
Александр Медведько: «На команду Януковича есть дела»     ИНТЕРВЬЮ

Генпрокурор Медведько нелюбим политиками по статусу. НУ-НС обвиняет его в «подотчетности» Секретариату в целом и Балоге в частности. БЮТ указывает на сонм «донецких» замов. «Регионалы» так и не признали его «своим». Пукшин сочиняет Президенту тематические кляузы. Ющенко, в свою очередь, постоянно критикует ГПУ за нерасторопность.

Сам Медведько происходящее воспринимает с юмором. Иного ему, собственно, не остается. Утверждая, что за кресло не держится, он до боли напоминает Владимира Шаповала. Только глава ЦИК уже на крайней стадии - он буквально грезит отставкой, в которую его пока не пускают. Медведько до такой степени откровенности пока не дошел, однако у «Обоза» сложилось стойкое впечатление: если Пискун в очередной раз отсудит себе генпрокурорство, Медведько не сильно расстроится.

Тем более, сейчас для Александра Ивановича времена наступили вовсе суровые. Дело «об отравлении» «зажало» его меж «молотом и наковальней». С одной стороны – Банковая, с ее непрозрачными намеками на «правильное» раскрытие дела, от чего напрямую зависит успех операции под названием «второй срок». С другой – объективная реальность, не позволяющая на черное сказать «белое».

Только речь заходит о диоксине, добродушный и улыбчивый Медведько враз смурнеет – аккуратно подбирает слова. Зато о допросах Тимошенко, обнаружении Пукача, текущей деятельности ГПУ говорит много и охотно. Вследствии этого его интервью «Обозу» породило немало сенсационных заявлений.

В последнее время Генпрокуратуру часто вовлекают в политические скандалы. Свежий пример – приватные поездки Виктора Балоги. «Народная самооборона» попросила вас выяснить: совершал ли он их за свой счет или за счет налогоплательщиков. ГПУ уже приступила к делу?

Да, два депутатских обращения, поступившие к нам накануне, сейчас в работе. Начата проверка.

Предъявление аналогичных претензий Рудьковскому и Луценко имело весьма негативные последствия. Особенно для Николая Николаевича. Балогу ожидает то же самое?

Нельзя сказать, что его ожидает, пока не получены результаты проверки.

Его будут допрашивать по делу?

   

(кивает) Проведение проверки в полном объеме подразумевает дачу пояснений ключевыми ее субъектами.

Кто точно незаконно пользуется услугами ГАП «Украина», так это Катерина Ющенко. СМИ неоднократно на это указывали. Почему вы не реагируете?

Потому что с официальным тематическим запросом к нам никто не обращался.

«Самооборона» считает, что вы подконтрольны СП. Основание для обвинений – эпопея с гражданством Жвании. Тематическое обращение Пукшина ГПУ рассмотрела на удивление оперативно. История давняя, но раньше к Давиду Важаевичу никаких вопросов не было. Почему они возникли именно сейчас? Это выглядит как попытка расправы с неугодным.

Действительно, упреки в «подотчетности» ГПУ Секретариату звучат довольно часто. Но, это совершенно не соответствует действительности – ни касательно ведомства в целом, ни меня в частности. Ведь лично я проверок не провожу. Этим занимаются наши рядовые сотрудники.

Заключая, в ходе досудебного разбирательства, что нарушение закона, по их мнению, имело место, они прямо об этом заявляют. Либо Генеральный прокурор, либо кто-то из его замов, подписывает соответствующие бумаги. Так дело получает продолжение. В случае Давида Жвании это – апелляция.

…Честно говоря, о том, что процедура получения им гражданства была, скажем так, спорной, я впервые узнал из письма Пукшина.

Лишившись гражданства, он почти гарантированно утратит депутатскую неприкосновенность. Так его довольно просто будет сделать «крайним» в «деле об отравлении». Банковая этих намерений не скрывает.

Нет. Судебная тяжба о гражданстве Жвании и «дело об отравлении» никак не связаны.

Последнее сейчас в центре внимания. В открытую говорится об обосновании самого факта отравления.

Факт отравления кандидата в президенты доказан совокупностью материалов уголовного дела. В том числе – заключениями судебных экспертиз, к проведению которых привлекались специалисты из разных стран. Выводы независимых экспертов практически идентичны: это было диоксиновое отравление.

Кроме того, у нас есть показания людей, косвенно свидетельствующие о том, что имел место факт отравления…

Косвенно?!

Конечно, а как еще? Нет же такого, чтобы кто-то видел, как этот диоксин подсыпали или в пищу подмешивали…

Лично вы верите в то, что Ющенко был отравлен?

Не просто верю – абсолютно убежден. Более того, это мнение не только мое, но что важнее – следователей группы, непосредственно работающих по делу. Также – ее руководства. Возглавляет группу, как известно, Галина Климович. На уровне заместителей Генпрокурора тему курирует Николай Голомша.

И сколько еще ждать результатов?

 

Сложно назвать конкретные сроки. Хотелось бы, конечно, побыстрее, но, поверьте, раскрывать преступления, тщательно продуманные и подготовленные, очень непросто. 12 лет проработав следователем, с уверенностью могу сказать: тут важны не только профессионализм, слаженность в работе команды, но еще и удача, везение.

По заказчикам есть ясность?

Как у гражданина, у меня, конечно, есть определенные подозрения. Но, как Генпрокурору, позвольте мне их пока не озвучивать.

Они живы, на территории Украины находятся?

Живы. О месте пребывания говорить не будем.

Откуда привезли диоксин, где его изготовили, выяснено?

Нет, однозначного ответа пока нет.

Главная версия, по-прежнему, - «российский след»?

Мы ее отрабатываем. В том числе – по фигурантам дела, находящимся на территории России.

Имеете в виду Сацюка?

Сацюк объявлен в розыск по другому уголовному делу. Есть постановление о привлечении его в качестве обвиняемого.

Зачем его разыскивать? Добрая половина парламента знает, где именно в России он находится. Было бы желание – вы б уже давно его задержали.

Желание-то есть, но, задерживать его собственными силами, закон нам не позволяет. Это дело оперативных служб, занимающихся розыском. В СБУ и МВД все соответствующие документы мы давно направили.

Всегда почему-то во всем винят прокуратуру! В обществе сложился определенный стереотип. Меж тем, прокуратура работает на давальческом сырье. Выполняя надзорные функции, определенные нам законом, мы способствуем раскрытию преступлений, установлению лиц, их совершивших. Если человек совершил противоправное действие, в розыск-то мы его объявим, однако дальнейший успех зависит от оперативников. Я ни в коем случае не перекладываю груз ответственности на СБУ или МВД – они много трудятся в рамках своих полномочий. Но нельзя же все сваливать на прокуратуру! А у нас именно так почему-то и происходит. Более того, нас называют политически заангажированым органом… Премьер Тимошенко регулярно говорит: ГПУ работает на ПР…

Так большинство ваших замов – донецкие.

Неправда! Я специально выяснял. Кто у нас донецкий? Виктор Кудрявцев, родившийся там и учившийся? Так он потом всю жизнь в Закарпатье и в Киеве работал.

А Кузьмин с Пшонкой?!

Последние годы их карьера развивалась в столице. Вот я родился в Запорожской области, работал на Луганщине, учился в Харькове, потом 21 год на Донбассе проработал, неужели это – грех?

Для Тимошенко – да.

Почему никто не замечает, сколько всего полезного мы делаем для Кабмина, сформированного из представителей демкоалиции? Точнее говоря – для государства в особе Кабмина.

Вот я специально подготовился (перебирает документы в лежащей на столе папке). Зачитываю: «ГПУ предъявлен иск в интересах государства, в особе КМУ, в окружной административный суд города Киева. Исковое заявление о признании недействительным договора цессии, с целью уклонения от уплаты налогов по задолженности на сумму полтора миллиарда гривен». И таких примеров множество! А сколько дел в суд передано?! Только за этот год – 31. Между прочим, совокупная сумма ущерба по этим делам – 286 миллионов гривен. По делам о взяточничестве, находящимся сейчас в производстве, еще 32 миллиона гривен. Посчитайте теперь, сколько денег в бюджет возвратится.

Еще актуальна тема с земельными нарушениями.

Особенно – в Киеве и Крыму. Прокуратуре приписывают «крышевание» теневых схем.

За прошлый год «по земле» у нас было 565 тысяч уголовных дел, большинство которых ушло в суд. Опротестовано пять незаконных решений органов исполнительной власти. По прокурорским реагированиям привлечено к ответственности более четырех с половиной тысяч человек. Стране возмещено 52 миллиона гривен убытков. Предъявлено более 12 тысяч исков. Благодаря этому государству вернулось 20 тысяч га!

Кстати, почему на весьма сомнительное, с точки зрения законности, отчуждение Кабмином Януковича 350 га в районе закарпатской горы Синяк в пользу структур Балоги вы не среагировали?

Потому что официально с подобными запросами к нам никто не обращался.

Ладно, давайте продолжим разговор об отравлении. Количество свидетелей, проходящих по делу, резко возросло. Непонятно, почему допрашивают и журналистов, и политологов. Держат по 6-8 часов, задают совершенно бессмысленные вопросы. Так было с Костей Бондаренко, с Аленой Громницкой, многими другими. Как вы это объясните?

Исключительно – позицией руководителя следственной группы. Климович сама решает – кого, когда и сколько допрашивать. Я в этот процесс не вмешиваюсь. И никто другой подобного права не имеет. То есть дело мне, конечно докладывают, я знаю, как проходит расследование, могу, как Генеральный прокурор, дать какие-то указания, но не более того. Окончательное решение всегда за главой следственной группы.

А ответственность, в том числе – политическая, за вами! Вы ведь знаете, что Тимошенко тоже допрашивали.

Знаю. Дважды, если не ошибаюсь.

И о чем шла речь?

Не знаю.

По одной из версий, участь «крайнего» в деле об отравлении она должна разделить со Жванией. Дескать, устранение Ющенко в 2004-м было выгодно ей с точки зрения политической перспективы. Так Банковая пытается дискредитировать премьера в канун 2009-го. Для «полноты эффекта» - «приплести» сюда пособников в лице Медведчука и Сацюка.

Ну, это политические какие-то интриги, я не могу их комментировать.

Кстати, остались ли у ГПУ вопросы к Медведчуку?

Нет, на сегодня их нет.

Вы же понимаете, что «правильное» раскрытие дела для Ющенко принципиально. Он, между прочим, даже на Майдане об этом говорил.

Конечно, принципиально. Во-первых, он пострадал, как человек. Во-вторых, разве нормально, когда в стране покушаются на первых лиц?

Президент выдавал вам какие-либо указания по делу?

Нет. Просто говорил, чтобы работали честно.

Ему важно это еще и в контексте стремления переизбраться на второй срок.

Это вы лучше у Виктора Андреевича спросите.

Именно для «правильного» раскрытия дела об отравлении Банковая и уберегла вас от отставки – считают ваши оппоненты.

Когда в ВР возник вопрос о выражении мне недоверия, я пришел на заседание комитета, на котором он впервые рассматривался, рассказал о нашей работе, ответил на вопросы. То есть я не прятался, не цеплялся за кресло.

Странно, что БЮТ под вас сперва копал, а потом, в лице Кожемякина, защищал…

Мы говорили, что ГПУ обвиняют в политической ангажированности, вместе с тем регулярные попытки выразить Генпрокурору «политическое недоверие» стали для депутатов нормой. Разве это нормально? Что это вообще за термин такой абстрактный – «политическое недоверие»? Почему стабильность работы нашего органа должна зависеть от того, нравится или не нравится его руководитель кому-то из депутатов?

Считаю, в этой части закон необходимо откорректировать, лишить нардепов подобного права. Да, они сами друг другу не доверяют – вы же видите, как работает ВР. Как же можно поднимать еще вопрос о недоверии кому-то другому? Собрать необходимое количество подписей – дело нехитрое.

Раз уж вы затронули тему законодательных изменений. Закон о Временных следственных парламентских комиссиях до сих пор не принят. Фактически вся их работа – самодеятельность. Меж тем получение ими официального статуса могло бы и вам жизнь облегчить.

Лично я не сторонник того, чтобы ВСК занимались параллельным расследованием. Ни к чему хорошему это не приведет. Все только еще перепутается.

У Банковой на сей счет аналогичное мнение. Вы ушли от ответа на вопрос о том, что именно СП отвел повисший над вами дамоклов меч увольнения. В расчете на то, что вы не забудете доброты…

Между прочим, с Секретариатом у меня тоже не самые простые отношения. Вы хоть раз слышали, чтобы Президент хвалил прокуратуру? На заседаниях СНБО, на тематических встречах, его позиция, в основном, критична.

Согласно действующему законодательству, прокуратура является органом не только надзорным, но и координирующим. То есть мы отвечаем за порядок не только в собственном ведомстве. Так что мне от главы государства едва ли не больше других достается.

Еще раз повторю: я за кресло не цепляюсь…

Тем более, что Пискун по-прежнему вас подсиживает.

(весело смеется) О, мы со Святославом Михайловичем прекрасно общаемся! Периодически он заходит ко мне, приносит депутатские запросы, мы пьем чай. Если будет принято законное решение о восстановлении его в должности, я этот кабинет освобожу – без вопросов. Тем более один раз я так уже сделал.

Какие у вас отношения с Балогой?

Чисто рабочие. Я и знаю-то его всего ничего. Общаемся только при встрече в Секретариате, на заседаниях СНБО.

А с Пукшиным? Он ведь регулярно Президенту на вас жалобы заносит. Так Банковая пытается держать вас «на крючке».

Еще раз повторяю: никто ни на каком крючке меня не держит, указаний по расследованию уголовных дел не дает, круг свидетелей и подозреваемых не определяет! Кадровых вопросов это тоже касается.

Сложно поверить в абсолютную непредвзятость Генпрокурора, когда на столе у него аппараты спецсвязи с главой государства, премьером, спикером. Президентский-то телефон часто звонит?

(после короткой паузы) Нет, не часто. В основном, когда Виктор Андреевич перемещается по стране с рабочими поездками. На местах, бывает, возникают какие-то вопросы, в том числе – жалобы на прокуроров областей, районов от людей поступают. Тогда и раздается звонок: Президент может что-то спросить или поручение дать.

Кстати, Пискун говорил, первое, что сделает, вернувшись в этот кабинет, – возьмет ножницы и перережет провода спецсвязи. Кстати, у меня ножницы тоже есть (достает из верхнего ящика канцелярские ножницы и, смеясь, размахивает ими возле аппаратов)…

Желания воспользоваться не возникало? Как у Пискуна?

Нет, ни разу (говорит уже серьезно). Спецсвязь для того и создана, чтобы решать жизненноважные для страны вопросы в оперативном режиме. Это ведь быстрее, чем каждый раз ездить на встречи.

С момента столкновений в Генпрокуратуре прошел ровно год. Все уголовные дела, возбужденные «по мотивам», закрыты. В Фонде госимущества происходило почти то же самое, тем не менее «разборки» с правоохранителями продолжаются.

Знаете, почему я вынес по Фонду прокурорский протест? Потому, что не хотел повторения прошлогодних событий в ГПУ. Всего протестов была два. Первый – от 25 апреля. Соответствующее решение КМУ принималось еще 8 февраля, но указом Президента его приостановили. Если б не эта деталь, мы бы еще раньше свой протест вынесли. Второй – реакция непосредственно на события во ФГИУ. Оба Юлия Владимировна отклонила, даже не созывая заседание Кабмина.

Позже она заявляла, что отменила приватизацию ОПЗ из-за угрозы возбуждения надуманных дел в отношении ее ближайших соратников.

Первый раз об этом слышу! Более того, она лично не единожды мне говорила: «Александр Иванович, спасибо вам за то, что вы, как Генпрокурор, не занимаетесь притеснением сторонников БЮТ»!

Почему тогда после событий в ФГИУ по Портнову старые дела реанимировали?

Старые дела никто не возобновлял. Виктор Кудрявцев это комментировал. Речь шла о том, что дело возбуждалось, однако суд данное постановление отменил. Что касается «покушения на незаконную приватизацию» и превышения служебных полномочий, то их установили члены группы, проводившие доследственную проверку. Лично я в этом никакого участия не принимал.

Еще один конфликт Тимошенко и ГПУ возник на почве обжалования вами решения КМУ о расторжении контрактов с «Венко».

Протест в суд мы направили, посчитав, что решение Минприроды по «е» незаконно. 22 мая в удовлетворении иска нам было отказано, так что он пошел дальше – в апелляцию. К тому же сторона «Венко» тоже сейчас судится с Кабмином.

Намедни Тимошенко обвинила правительство Януковича в воровстве «со скоростью 60 долларов в секунду». Какова реакция ГПУ?

Установить факт хищения могут только следственные органы. Назвать кого-либо вором и преступником – суд. Так что делать заявления подобного рода чиновникам калибра Тимошенко и Сивульского, считаю, недопустимо. Возможно, как политики они имеют на это право, но как госслужащие… Одно дело – информировать об обнаружении нарушений бухотчетности, хозяйственной деятельности, другое – прямо обвинять в воровстве.

К тому же Сивульский говорит одно, делает другое. Материалов, которые они с Юлией Владимировной на совместной пресс-конференции анонсировали, нам пока не поступало.

Кстати, это уже не первый подобный случай. До этого Сивульский разоблачал нарушения в земельной сфере. Он поспешил заявить, что передал нам тысячи страниц документов и будто бы ГПУ уже возбудило около шести сотен уголовных дел, тогда как на самом деле ничего подобного не было. Документов на поверку оказалось только три.

Получается, члены команды Януковича перед законом чисты?

Есть ряд расследуемых уголовных дел. Часть из них возбудила СБУ (перебирает документы в папке). Вот – по «Укртрансгазу», вот – по «Энергоатому», по «Нефтегазу». Долго можно перечислять.

Прокуратура вынуждена тесно взаимодействовать с МВД – мы об этом упоминали. Однако Луценко – едва ли не главный ваш оппонент. Как складывается сотрудничество?

Заметьте: в первую свою министерскую каденцию Юрий Витальевич куда более отчаянно критиковал прокуратуру. Сейчас несколько унял пыл. Я раз ему говорил: «Было бы следствие вашей парафией, ой, как бы вы взвыли». Это ведь отнюдь не так просто, как кажется и как это кое-кто хочет представить.

Кстати, на уровне рядовых сотрудников никакого конфликта между прокуратурой и милицией нет. Более того, именно благодаря тесному взаимодействию двух ведомств многие дела завершаются успешно. Вот, хотя бы, задержание взяточников в Крыму.

В это время на другом конце страны – в Закарпатье – русины провели съезд, одно из требований которого – предоставление им автономии в составе Украины. В противном случае они грозят инициировать процесс отделения. Сепаратизм покруче северодонецкого. После Северодонецка в ГПУ вызывали практически всех видных бело-голубых: от Януковича до Кушнарева. Президент лично прочил «раскольникам» тяжкую ответственность. После съезда в Мукачево – тишина. В чем дело?

Признаться, я впервые от вас об этом слышу. Официальных обращений по этому вопросу нам не поступало, но теперь мы его обязательно изучим.

Дела Василия Цушко закрыты. Однако ранее вы заявляли, что намерены встретиться с ним после его возращения из России. Получилось увидеться?

Пока нет. Надеюсь, рано или поздно мы поставим точку в этом вопросе.

Напоследок не могу не спросить о ходе дела Гонгадзе, превратившегося, по сути, в «висяк».

В отношении заказчиков и организаторов преступления, то расследование продолжается. Основная задача – установление местонахождения генерала Пукача, его допрос и задержание.

Он жив, по-вашему?

Уверен, что жив. Более того, в прошлом году он несколько месяцев находился на территории Украины.

Как же он, будучи в розыске, умудрился границу проскочить?

А может, он ее и не пересекал?!

Почему же вы, зная о том, что он тут, его не задержали?

Дело было так. В результате оперативно-розыскной и следственной деятельности выяснилось, что Пукач в Украине. Однако точное место его пребывания установить не удалось.

А круг лиц, вступавших с ним в контакт?

Сейчас как раз их разыскиваем. Мы знаем, кто эти люди. Фамилии пока называть не буду.

Так или иначе, я верю в то, что мы поймаем Пукача и успешно завершим дело.

Соня Кошкина

«Обозреватель», 26 июня 2008 г.